Вспоминать было трудно. Все ощущения перемешались в голове одно с другим, но приходилось заставлять себя сортировать их по полочкам, потому что просто так Бавкида отпускать эту тему не собиралась. Она все требовала и требовала новых подробностей и, когда рассказ подошел к роковому моменту в Святилище, старуху уже было не узнать. Я даже увидел, как раскрылся от нетерпения ее рот.
– Вы искали Иглу на дне? – требовательно спросила она под конец.
– Да, – устало ответил я, пряча трясущиеся ладони за спину. – Занди посылал роботов-разведчиков. Не удалось найти ни намека на Иглу, ни на тела погибших. Их будто испарило.
– Почему ты уверен, что граф просто не скрыл от тебя правду? – спросила Бавкида. – Насколько я поняла, он питал самые недвусмысленные чувства к девице Аверре. А ведь она прилетела на планету по той же причине, что и вы оба.
– Я уверен.
Я знал, что такого ответа для Бавкиды будет мало, но из-за подступившего к горлу кома, на секунду отвернулся обратно к окну.
– Я уверен, – повторил я спустя мгновение, – потому что почувствовал бы ее. Я говорил, что Игла привязала часть моего сознания к себе. Если бы она каким-то образом уцелела, я знал бы об этом. Так или иначе.
– Что ж, хорошо. И, тем не менее, когда ты прилетишь домой, я думаю, мы с тобой еще к этой теме вернемся.
Что именно значили ее слова, не стало загадкой, и потому я невольно сглотнул, понимая, что не смогу помешать ей влезть в мои мысли.
– Как скажете, мастер.
– Вот и славно. – Бавкида даже не попыталась скрыть удовольствие, так недвусмысленно проступившее в голосе. – Значит, скоро увидимся.
Голограмма мигнула и распалась.
Я, тяжело переведя дух, упал в кресло. Несколько секунд тупо смотрел в одну точку, а потом спрятал лицо в ладонях и тихо разрыдался. И это был самый долгий и опустошающий плачь в моей жизни. И он же – самый последний, потому что, когда последняя слезинка высохла на щеке, я дал себе клятву ни при каких обстоятельствах не проронить больше ни единой.
Проведя так какое-то время, я не сразу заметил, что дождь закончился. Заглянув ненадолго в ванную, привёл себя в порядок, а потом решил в последний раз полюбоваться Меройским закатом.
На общей террасе я обнаружил Эйтн, одиноко стоявшую у балюстрады.
Прохладный ветер уносил за городские пределы запах гари, но от насыщенного сыростью воздуха пробирал озноб. Леди Аверре куталась в роскошный, подбитый мехом небелинского кугуара, плащ, и не замечала меня до тех пор, пока я не пристроился у высоких резных перил рядом.
– Кажется, мы познакомились примерно также, – сказал я, без какой-либо на то причины вспомнив вечеринку в замке у Занди.
Эйтн не повернула головы и даже не удивилась, только лениво проговорила:
– Может быть.
Что здесь было еще сказать? Какое-то время я просто стоял и смотрел на заблестевшие в ускользающем закатном свете башни Мероэ. Вдали виднелись бригады рабочих, разгребавшие редкие завалы, в домах заново открывали ставни, а кое-где успели восстановить энергоснабжение. Улочки потихоньку начали заполняться людьми. Город оживал.
– Я думал, ты уже улетела.
– Как видишь, еще нет, – ответила Эйтн бесцветным тоном. – Должна была разобраться с вещами дяди. Решить, что стоит везти на Риомм, а что оставить.
– Но ты не заходила в его номер.
– Это и не обязательно. Список у меня есть, а об остальном позаботятся лакеи отеля. Кстати, – она чуть повернула ко мне голову, – корабль Батула теперь принадлежит тебе.
А я-то считал, что уже не в силах удивиться чему бы то ни было.
– Как так?
Эйтн чуть склонила голову набок.
– Я проверила всю документацию, и оказалось, что дядя подделал идентификационный номер «Шепота», назвав тебя его владельцем. Не спрашивай, я сама не понимаю, что послужило тому причиной. Но можешь спокойно считать себя полноправным хозяином корабля.
Я стоял не в силах проронить ни слова. Вот уж не думал, что все в итоге обернется вот так. Даже здесь Аверре умудрился хитрить. Впрочем, говорить и думать о нем желания не возникло, так что я просто кивнул:
– Хорошо.
Снова повисло молчание, нарушаемое криками рассекающих небеса птиц.
– Мне очень жаль, – вдруг произнесла Эйтн.
– Ты о чем? – недоуменно спросил я.
Она повернула голову, впервые за это время, заглянув мне в глаза.
– Сама не знаю.– И улыбнулась краешком губ. – Я ошибалась в тебе, Сет. Сильнее, чем в ком-либо. Ты действительно не тот человек, каким кажешься, и поэтому хочу перед тобой извиниться.
– Эйтн, ты ли это? – не в силах скрыть потрясение, со смешком спросил я. – Или это знакомство с Занди так на тебя повлияло?
Она пожала плечами и повернулась лицом к городу.
– Может быть. Хотя, не зря же говорят, что Боиджия меняет людей. Я, во всяком случае, изменилась безвозвратно, но пожалею ли об этом, покажет время. Я искала власть не там, где следовало, и только сейчас поняла, что на самом деле, она не в артефактах невероятной мощи кроется…
– А в чем же? – Хотя ответ на этот вопрос я уже получил.
