Мысленная волна, прошедшая через весь коридор, отшвырнула капитана в самый его конец, чудом не задев посторонних, едва успевших рассыпаться по сторонам. Меня все еще знобило, но с Геттом ничего страшного, кроме ушиба, случиться не могло. Он довольно быстро пришел в себя, в то время как его подчиненные не знали, то ли кидаться помогать начальнику, то ли хвататься за оружие и бросаться на меня. Эйтн лишь покачала головой, спокойно сложив на груди руки.
– На твоем месте я бы здесь больше не задерживалась, – проговорила она, пока капитан с громкой руганью поднимался на ноги.
Я согласился.
– Встретимся завтра на рассвете, как и договорились.
Она кивнула.
– Куда ты теперь?
Я не ответил, кинув быстрый взгляд ей за плечо, где Гетт уже хватался за оружие, одновременно раздавая распоряжения.
– Мне он живым нужен, – рычал он в перерывах между проклятьями.
По вполне понятным причинам сдаваться на его милость я вовсе не собирался и потому быстро осмотрелся в поисках подходящего способа отступления. Пустой номер Аверре показался блестящим решением.
Толкнувшись в дверь, я одним только прикосновением заставил ее сломаться внутрь. Следующий ментальный всплеск полностью вынес окно, подбежав к которому, я на секунду застыл, глядя вниз за подоконник. До тротуара оставалось никак не меньше пятидесяти метров. Всегда было две вещи, которых я боялся больше смерти: вода и высота, и в тот момент я пытался заставить себя преодолеть собственный страх и, очертя голову, рвануть вниз. Я так же пытался приглушить настойчивый голос, твердивший в голове, что даже более опытный лейр подумает дважды, прежде чем сунется в окно с риском свернуть себе шею, а между тем позади уже слышался топот тяжелых полицейских ботинок и голос капитана, отдававшего новые распоряжения. Теперь для меня отсюда было только два выхода: либо в наручниках и под конвоем, либо по широкому выступу карниза и вниз. Само собой, ни тот, ни другой особо не радовали, однако на выбор времени не оставалось. Еще раз выглянув в окно и набрав в грудь побольше воздуху, я переступил через подоконник и выскользнул наружу.
Не сказать, чтоб отель был сильно высок, но ветер, что огибал его карнизы, заставлял поволноваться. И как только гокки не боялись забираться сюда? А ведь у этих мелких пушистиков не было такой страховки, как Тени. Используя силу, что струилась мимо, я заставил свое тело в каком-то смысле привязаться к камню, точно тросами и, коротко вскрикнув, ухнул вниз на флагшток, удобно торчащий из стены двумя этажами ниже.
Прыжок получился славный, а главное – своевременный. Плазменные сгустки, выпущенные мне в след разумниками Гетта, выбили из стены каменную крошку, а следом послышался разгневанный вопль капитана.
– Я сказал, мне он живым нужен! Отправьте группу вниз на перехват. Старику однажды удалось обвести меня вокруг пальца. Но этот не уйдет!
Я сидел на флагштоке, будто параксанская кислотная лягушка на ветке, ища глазами цель для следующего прыжка. Новый выстрел, просвистевший над ухом, ускорил выбор. Я сиганул на соседний выступ, а с него на макушку одной из вычурных скульптур, украшавших балкон.
Еще несколько залпов пролетели мимо, ударившись о мостовую, едва не задев ни в чем неповинных прохожих.
Я выругался. Еще не хватало, чтобы из-за меня пострадал кто-то из посторонних.
Не став дожидаться еще одной бластерной очереди, я просто взял и спрыгнул прямо на крышу одного из пролетавших мимо флаеров – трюк, на какой бы даже Аверре не отважился. Но получилось отменно. Серьезно. Не ожидал от себя такой меткости и прыти.
Чтобы не сдуло на поворотах, я клещом вцепился в аэрокар, позволив себе немного перевести дыхание. Дождавшись, когда сердце передумает выскакивать из глотки, я осмотрелся. Удивленные лица пролетавших мимо меройцев дали понять, что я выбрал не самые тривиальный способ передвижения по городу. А тут и пилот наконец сообразил, что подцепил безбилетника – машина сбросила скорость и начала прижиматься к обочине.
Я снова выругался и соскочил на тротуар. Вышло, может быть, и не очень грациозно, зато ни обо что не ударился. И на том спасибо.
– Эй, ты чего творишь?! – треугольноголовый рунн высунулся из бокового окна флаера, потрясая длинными трехпалыми руками. Первый представитель системы Танниим Руны, которого я видел живьем. Но как бы мне ни хотелось с ним пообщаться, время убегало катастрофически – уже были слышны звуки полицейских сирен.
Облава!
Вот так оно, как правило, и бывает. Еще вчера ты никому не нужный ученик и, вроде бы, помощник, но всего пара проступков, и вот тебя уже разыскивают всем полицейским управлением.
– Тебя полиция ищет! – дошло до извозчика. – Стой!
