Черны деревья вкруг турбазы. Сплошные голые стволы. И ветерки свои рассказы плетут уже из-под полы. Все на виду. Полоска света прижата крепкими дверьми. И только старая газета шуршит в посылке из Перми. Погас фонарь над главным входом; лишь аварийный "светлячок" предупреждает: за народом накинут до утра крючок. Напрасно вызывают к Волге девчат бродяги-сквозняки; ночного эха недомолвки им будет слушать не с руки. Напрасно редкие машины стирают шины на шоссе. Одни сосновые вершины готовы с ними пить глясе. Пусть лунной ложкой смешан кофе из снега, сумрака и льда; лишь главные ворота профиль сумеют повернуть сюда. И только на заре, процежен сквозь марлю редкую оград, напиток будет взбит железом ломов, ободьев и лопат. Когда окрестная обслуга начнет свой утренний бедлам, тот кофе разопьет округа с вином рассвета пополам. И распахнув входные двери навстречу вилкам и ножам, опять не вспомнит о потере толпа приезжих горожан. В столовую за сменой смена влетит; и каждый будет рад светло-коричневой подмене (всегда понятней суррогат). Займут людей поездкой долгой, экскурсионною гульбой… И только Волга, только Волга останется сама собой.25.12.85, турбаза "Верхневолжская"* * *Спит дочь моя. Так только в детстве,откинув одеяло, спят.Спокойным сном легко согреться;забыться от пустых досад.Пускай скребут под полом мыши.Пускай скрипучая кровать.Но можно мелкого не слышатьи самому себе не лгать.На чистом личике — ни тени,ни сожалений, ни утрат.Ах, дети, сверстники растений;недаром слово есть "детсад"!Я б тоже врезался в подушку,чтоб длилось чудное кино;пускай гоняет ветер стружку;шумит, кружась, веретено…Пусть за окном бушует вьюга…Спать от ненастья вдалеке,обняв подушку, словно друга,бесхитростно, щекой к щеке.25.12.85, турбаза "Верхневолжская"ВМЕСТО РЕЦЕНЗИИТолько через 32 года после смерти вышла по существу первая книга стихотворений и поэм "С любимыми не расставайтесь!" Александра Кочеткова (1900 — 1953), названная строчкой из прекрасного стихотворения "Баллада о прокуренном вагоне".
