Он приступил к разглядыванию камней у себя под ногами, выбрав для начала верхний левый угол кучи, но тут заметил движение, причем одновременно в нескольких местах — около реки и среди деревьев. Сначала подумал, что это Пирон и остальная часть их отряда и даже хотел радостно завопить, но, к счастью, не успел. Из леса на темные камни вышел огромный волк.
Раин перестал дышать. Он ничего не смыслил в направлениях ветра и прочих охотничьих хитростях, но был точно уверен — если волк его учует, ему крышка. Хорошо хоть его как-то прикрывают стенки трещины, в которую он так удачно приземлился. Хотя до карниза, на котором замер Раин волку было не допрыгнуть, но тот явно был не один — на его спине была закреплена потертая попона, явно заменявшая седло.
И всадник не замедлил появиться — из леса вышел орк, подошел к волку и положил руку ему на холку. Не очень высокий — орки нечасто бывают большого роста, но разительно отличавшийся от тех орков, с которыми он имел дело ранее — и когда играл сам, и когда дрался с ними.
Широкоплечий, в коническом шлеме, с которого вниз опускались металлические полосы, сливавшиеся в прикрывающий шею и плечи ошейник. Черная грубая кольчуга, подпоясанная широким кожаным ремнем. Высокие боевые рукавицы с вшитыми в них металлическими бляшками. Изогнутый меч на поясе, за спиной — лук и колчан с оперенными разнокалиберными стрелами.
Раин постарался поглубже вдавиться в выемку. На его счастье, и волк, и его всадник смотрели на самый верх — видимо, их заинтересовали недавно развернувшиеся там события. Волк вытянул голову и едва заметно рыкнул, словно сказал что-то своему напарнику, тот ответил ему, потом потрепал по загривку. Легко поднялся на вершину кучи — от этой точки до места, в котором укрылся Раин оставалось по прямой метров двадцать. Раин закрыл глаза и принялся считать про себя, однако, досчитав до сорока, осмелился открыть их. Орк продолжал вглядываться ввысь, явно применяя тот же самый способ поиска, который только что пробовал использовать Раин, а около его черного сапога валялся жезл.
Раин снова закрыл глаза. Из оружия у него был тонкий и короткий кинжал — совершенно бесполезный в данном случае. Посохом он в теперешнем своем состоянии воспользоваться явно не сможет. Единственная его надежда — добраться до жезла и воспользоваться тем, что он облегчает магические действия — это позволит ему добраться до Фоли и Гера. О большем Раин не смел и мечтать.
Когда он снова открыл глаза, орк и волк уже скрывались в зарослях, направляясь к речке. Там — Раин увидел это четко — стояло немало его сородичей. Колдун собирал новую армию.
Раин дождался, пока волк и его седок отойдут подальше и только после этого шумно перевел дыхание. Его начало трясти — очень и очень не вовремя. Он снова закрыл глаза и попытался сосредоточиться.
Ему еще предстояло много сделать. Как минимум — спуститься вниз, взять жезл, а потом подняться к Фоли и Геру. А потом, быть может, со всей возможной скоростью лететь к Западным Вратам, чтобы предупредить Пирона о появлении нового грозного врага.
Сделав шаг вперед, Раин встал на самый край выступа. Под ним была гладкая стенка, еще и с небольшим обратным скатом — он не видел подножия горы, так что спуститься вниз можно было только с помощью посоха. Увидят ли его, вращающего почти двухметровый посох от речки? Орки и волки стояли там, то ли поджидали отставших, то ли ждали приказа. Сколько им понадобиться на то, чтобы преодолеть полосу зарослей и выскочить к тому месту, на котором он приземлится? А сколько потребуется их стрелам? Сможет ли он быстро взлететь? Вопросы роились в голове, сталкиваясь и наслаиваясь друг на друга. Почувствовав нарастающую панику, Раин попытался справиться с нею с помощью дыхательных упражнений. Глаза он при этом открывал совсем ненадолго — окружающий пейзаж его, как выяснилось, сильно отвлекал.
Кое-как совладав, наконец, со своими внутренними демонами, Раин выставил перед собой посох. Начинало темнеть и он сильно рассчитывал на то, что от дороги его не заметят. Медлить дальше было опасно — он уже очень смутно помнил, где именно валяется жезл — после того, как орк ушел с вершины каменной кучи, Раин потерял его из виду. А если стемнеет сильнее — тогда он, чего доброго, вообще не сможет отыскать то место, где его должны ждать Фоли и Гер.
Два выдоха, два вдоха, и Раин начал вращать посох. Это следовало делать осторожно — края выемки, в которую он так удачно приземлился, были неровными. Не ровен час заденешь — и посох вылетит вниз. И тогда никакой надежды не останется, ведь прыгать вниз — верная смерть на камнях.
