Шимпанзе достал из кармана сигару, но Анук ловко выхватила её из пальцев обезьяны и передала пирату.
– Это вредно для здоровья, – шикнул Пан и надменно поглядел на пирата.
– Это… подарок от гостей, – громко объявила Анук.
Тут на борт подняли Тони, и едва только верблюд коснулся копытами палубы, четверо пиратов бросились распутывать канаты, обвивавшие его.
– Нам нужна вода, – добавила Анук и протянула главарю, или капитану, чёрный флаг.
– Это ты нас сюда притащила. – Капитан жевал губами кончик сигары. – А мы не любим, когда нас держат за дураков.
– Это игрок, – объяснил Ки, целясь в пирата своей рогаткой.
– А ты, паренёк? Кто ты такой? – Пират с явным удовольствием произнёс слово «паренёк».
– Принц листовиков из леса, – крикнул Ки и натянул ремень рогатки.
Капитан схватился за саблю, его команда – тоже. Тони угрожающе захрипел.
– Тебе здесь не место, – рявкнул капитан.
– А тебе самому-то место здесь? – выступил Пан. – Как надоело иметь дело с дилетантами! Куда делись профессионалы? – Пан вздохнул. – Законодатель набедокурил. Полный кавардак. Тёмный Принц жульничает и мухлюет, чтобы выиграть любой ценой.
– Я сразу понял, что это пустыня, – не унимался капитан.
– Да, пустыню-то ни с чем не спутаешь, – пробормотал Пан. – В общем так, нам нужна вода. И мы должны найти боевого скакуна. Не видали такого?
Пираты переглянулись и пожали плечами.
– Мы тут болтаемся с самого начала игры. – Капитан достал из кармана камзола карту, – и видывали немногое. – Он сплюнул через поручни. – Тоскливая местность, всё такое одинаковое! Одни дюны да пальмы. И эти ещё – миражи.
Он тоскливо уставился на карту.
– Дай-ка поглядеть. – Пан забрал карту из грязных пальцев капитана, повертел её в руках и покачал головой: – Нам это не поможет.
– Давай посмотрим на карту, – прошептал принц Ки на ухо Анук.
– Разреши? – Анук взяла карту у Пана.
Карта на ощупь была как будто из кожи. Кто-то, может быть, капитан пиратов, начал её рисовать. Анук узнала дюны. Карта была покрыта дюнами. Иногда встречались пальмы или холмы, иногда – озерцо. Своеобразная звезда показывала стороны света. Но никакого боевого скакуна видно не было. Да и с чего бы. В пустыне же всё такое одинаковое, куда ни пойди. И как теперь найти этого скакуна и спасти Майю?
Должно быть, у Анук был такой печальный вид, что капитан пиратского корабля посмотрел на неё с сочувствием.
– Пошли, – пригласил он. – Взбодримся, отпразднуем.
– Что тут праздновать? – печально спросила Анук.
– Ну, хотя бы то, что вы спаслись. Вы хотите пить, а у нас есть ром.
– И чистая вода, – подсказал кто-то из пиратов.
– И вода тоже! – согласился капитан. – И вяленое мясо с пряными травами.
– И свежие овощи, – добавил другой голос.
– Чёрт возьми! У нас тут пиратский корабль или детский сад? Мы живы. Это и отпразднуем.
Пан напомнил, что игрок – именинница, так что день рождения продолжается.
– Тринадцатилетие! – умилялся капитан, уже еле держась на ногах после нескольких бутылок рома. – В этом возрасте я поступил на этот корабль. Палубу драил. Карабкался на мачты. Следил за такелажем, подносил паруса, чего только не делал. Вот было ж время! – Он мечтательно поглаживал себя по пузу. – Эх, где мои тринадцать лет!
– С таким пузом он и на метр на мачту не заберётся, – пробормотал один из пиратов, но капитан не услышал.
Сидели на палубе за длинным столом, который пираты достали из трюма корабля, под вечерним небом. Солнце в пустыне так быстро садится, будто куда-то спешит, и уже зажглись первые звёзды. Они блестели как жемчужины на тёмном бархате.
Анук потягивала воду из старинного металлического кубка. Пану удалось выманить у капитана назад свою сигару, и теперь шимпанзе с удовольствием курил. Принц Ки восседал перед блюдом с виноградом, и каждая виноградина была для него размером с яблоко.
– Такой роскошный вечер. Ветерок так и шепчет, что пора похвастаться, – ни с того ни с сего заявил капитан.
– Да? – удивился Ки. – Ничего не слышу.
Пират громко загоготал, и поскольку он не мог похлопать Ки по плечу, его рука опустилась на плечо Пана, отчего перепуганный шимпанзе едва не подавился своей сигарой.
– Хвастовство! Хвастовство! – стали скандировать пираты.
– Наше любимое занятие, – объяснил капитан, – не считая абордажей и грабежей.
Он снова загоготал, и Пан вовремя увернулся от его руки.
– Мы рассказываем самые безумные истории из пиратской жизни. И тот, кто расскажет… живее и правдоподобнее других, тот и выиграл.
– То есть вы просто-напросто врёте? – Пан поднял брови.
На этот раз он не успел увернуться, и его снова от души похлопали по плечу. Шимпанзе перекосило.
– Ты мне нравишься, Хан! – проорал капитан.
– Пан, – поправил шимпанзе и добавил, обращаясь к Анук: – Я бы удивился, если бы он запомнил моё имя.
А сам-то! Не может запомнить, как правильно зовут сестру Анук.
– Если уж заговорили об именах, – заметила Анук, – как тебя самого зовут?
Пират растерянно заморгал:
