– Ты, пожалуй, прав. – Челси отбросила со лба белокурую прядь волос. – Я согласна. Только скажи заранее, когда ты свободен. Я живу с подругой, и моя квартира хоть и не идеальное, но вполне подходящее место для репетиций. Может, завтра днем?
– Отлично, – кивнул Брайан. – Давай в час, идет?
Челси собралась ответить, когда над ее ухом раздался веселый голос:
– Так вот где эта юная особа, которая так меня отделала! – К Челси подошел Коди Флинн. – Джин с тоником, – обратился он к бармену.
Молодой бармен принялся смешивать напиток.
Коди насмешливо посмотрел на Брайана.
– Ну, Кэллоуэй, эта красотка чистит тебе мозги, как и мне в тот раз?
– Разумеется, – не стал возражать Брайан, не замечая удивленного взгляда Челси. – Мне не удается вставить и словечка. Все твердит и твердит, что я куда красивее тебя, Флинн.
Коди с притворным гневом стукнул себя в грудь кулаком и пристально посмотрел на девушку.
– О Боже! Неужели ты действительно так думаешь?
Челси растерянно уставилась на Брайана.
При виде совершенного недоумения, отразившегося на лице девушки, оба от души расхохотались.
Челси никогда не нравилось, когда над ней подшучивали. Но от ее обиды не осталось и следа при одной только мысли, что такая знаменитость, как Коди Флинн, проявляет к ней внимание. На ее взгляд, ему можно было дать лет сорок, но он мог похвастаться неувядающей красотой. Двадцатисемилетняя Челси прекрасно помнила, как еще подростком с упоением смотрела все фильмы с его участием и даже одно время держала у себя в комнате плакат с его изображением. Но эти тайны она не собиралась выдавать. Возможность работать с Коди придавала ее мечте – стать звездой – вполне реальные очертания. Коди переставал быть недоступным кумиром. Он становился ее коллегой, и неважно, что их первая встреча прошла не совсем гладко.
Коди шутливо ущипнул Челси за локоть.
– Не слушай меня. Из меня уже песок сыплется. Мне прощается моя глупая болтовня. – Он подмигнул девушке. – Помнишь, я тебе говорил, что все будет в порядке. Помнишь или нет?
Он произнес это так, как будто она получила роль исключительно благодаря ему. И даже если его единственная заслуга состояла в том, что он читал с ней в паре на прослушивании, подумала Челси, то и за это она должна сказать ему спасибо.
Челси кивнула:
– Да, говорил.
Коди получил свой джин.
– С вашего позволения я покину вас – надо обработать нашего упрямого режиссера. Пару комплиментов, и мы все сможем спокойно спать по ночам.
Брайан понимающе улыбнулся:
– Ну что ж, мы поставим за тебя свечку.
– Спасибо.
Коди устремился в самую гущу толпы, откуда доносились гул голосов и взрывы хохота. Праздник удался даже по калифорнийским меркам Флинна. Все вокруг оживленно болтали и заводили знакомства. И лишь немногие успели набраться сверх меры. «Что и говорить, – думал Коди, – Дино Кастис классный продюсер». В тех многочисленных постановках, где участвовал Коди, от него требовалось лишь вовремя являться, внятно прочесть текст и убраться восвояси. Еще Альфред Хичкок любил повторять, что актеры – это скот и потому требуют соответственного с ними обращения. К сожалению, большинство режиссеров и продюсеров слишком буквально воспринимали эти слова. Но слава Богу, существуют Дино Кастисы, которые умеют облегчить несчастную жизнь актера. А вот Джун Рорк определенно требует особого подхода. Слишком много в ней острых углов. Коди нашел ее у бассейна оживленно беседующей с Карлом Мэджинисом. Кажется, наступила пора действовать.
– Привет, Джун, – как можно приветливее начал Коди.
– Привет, Коди. – Джун даже не взглянула в его сторону, продолжая обсуждать с Карлом предстоящее начало репетиций. – Так вот, проследи, чтобы весь реквизит был готов к понедельнику. И чтобы все актеры вызубрили роли. Я не собираюсь ждать целую неделю.
– Понятно.
Коди не вытерпел и напомнил о себе:
– Черт возьми, даже здесь вы говорите о работе?! Да передохните же наконец! Ведь это вечеринка.
– Черт возьми! – передразнила калифорнийца Джун. – Ты ходишь по лезвию ножа, приятель! Не забывай про испытательный срок.
Коди натужно засмеялся и, приложив руку к сердцу, торжественно заявил:
– Именно это мне в вас так нравится, Джун. Вы – сама доброта, само сочувствие и понимание. Вы – наша вторая мать. Могу поспорить, что вместо кошки вы держите дома гремучую змею. А?
Карл поднялся.
– Знаете, я, пожалуй, пойду съем чего-нибудь.
– Вот и умница. – Коди подмигнул Карлу и, дождавшись, когда тот удалится, сел на его место около Джун. – Может, помиримся? Иначе все подумают, что мы женаты – слишком уж часто мы скандалим.
Джун искренне расхохоталась.
– Ладно. Мир.
– Ну вот и отлично. – Коди довольно погладил холеные усики и глотнул джина. – Вижу, что ты возлагаешь на спектакль большие надежды. У тебя выражение лица как в канун Рождества.
