Позади жрицы послышалось шипение и в храмовом зале вдруг стало темно и холодно. Обернувшись, Кинвара увидела что священное пламя погасло, словно потушенное водой, а вместо него из дыры в полу поднимаются облака влажного тумана. Вот они обрели форму – высокого воина в серебристом чешуйчатом доспехе и шлеме в виде рыбьей головы. Темные глаза с презрением оглядели съежившуюся жрицу, пораженную страшной догадкой. Правильные черты заколебались, словно отражение на воде, а когда рябь улеглась, вместо царственного лика на Кинвару глянул голый череп. Из его рта вырвалось облако тумана, окутавшее оцепеневшую от ужаса женщину. Она хотела закричать, но лишь сдавленный хрип вырвался из ее рта, когда в него проникли холодные и влажные миазмы. Она посмотрела на свою руку – ногти стремительно чернели и от них ползла вверх твердая серая короста. Кинвара хотела еще раз крикнуть, но ее губы и язык уже не ворочались во рту, потеряв всякую чувствительность. Словно огромная рука сдавила ее горло и алая жрица, захрипев, повалилась на пол. Она умерла еще до того как коснулась красного мрамора – холодная и твердая, будто статуя из серого камня.
========== Маски ==========
Браавос праздновал свое второе рождение.
Тяжело доставшаяся победа в морском сражении пришлась аккурат в канун начала празднества Разоблачения, которое, по такому случаю, проходило в разы с большим размахом, чем обычно. От заката до рассвета город сотрясался от взрывов петард и хлопушек, а в водах каналов и лагуны отражались огни бесчисленных фейерверков. По каналам пробирались увешанные гирляндами гондолы, с причудливо разукрашенными бортами и пурпурными парусами – в память о тех временах, когда браавосийцы были вынуждены менять вид украденных ими кораблей. Одетые в пышные костюмы лодочники в масках разбрасывали в окна домов разноцветные конфетти, дешевые сладости и мелкую монету. На всех углах за полцены продавалась жареная рыба, устрицы, кальмары, крабы, жирные копченые угри и хрустящие, поджаристые лягушачьи лапки. В кабаках Мусорной Гавани моряки со всего мира упивались пивом и дешевым вином, заплетающимся языком подпевая бродячим певцам и щупая размалеванных шлюх. Бродячие театры со всех Вольных Городов стекались в Браавос, давая представления перед охочей до зрелищ чернью; на каждом углу устраивались борцовские сражения, петушиные, собачьи и угриные бои. А по лагуне, вокруг города, и по Большому Каналу неторопливо двигались корабли браавосийских богатеев - настоящие плавучие дома освещенные цветными фонариками и медными статуями. На верхних палубах лучшие люди Вольного Города, в компании куртизанок, вкушали изысканные деликатесы, запивая их самыми дорогими винами. Ниже, из-за окон кают, убранных бархатными занавесями, доносились похотливые стоны и игривый женский смех.
В одной из таких кают на шелковых подушках возлежал немолодой мужчина с напомаженными черными волосами и дряблым жирным телом. Лицо его скрывала маска изображавшая оленью морду, с ветвистыми рогами. На его бедрах, скакала обнаженная женщина – тоже немолодая, но еще сохранившая былую стройность. Лицо женщина скрывала маска золотая маска оскалившейся львицы, короткие светлые волосы венчала золотая же корона. Она ритмично двигалась, издавая громкие стоны, но в проглядывавших через прорези зеленых глазах светилось неподдельное презрение.
Мужское тело напряглось, в предчувствии кульминации, и женщина спешно приподняла бедра, давая выскользнуть короткому толстому члену, толчками выплескивавшему семя на пах, поросший курчавыми черными волосами. Скрывая омерзение, женщина отвернулась, вытирая промежность шелковым полотенцем.
-Еще никогда не имел королеву,- раздался густой бас из-под оленьей маски,- правду говорят, что у вашего семейства все золотое?
-Это так,- из-под маски раздался натянутый смешок,- и лоно и руки и даже губы.
-Правда?- мужчина рассмеялся неприятным кудахтающим смехом, - это надо проверить. Давай поцелуемся, прежде чем я использую твои губки по назначению, Королева Шлюх.
Он приподнял край маски, открывая мясистое лицо с заплывшими жиром глазками. Женщина также приподняла маску и припала к его губам.
-Трахаешься ты лучше, чем целуешься,- сказал мужчина, отстраняясь и надевая обратно маску,- давай шлюшка, поработай своими королевскими губками в другом месте. Да, работай, как следует, если хочешь получить свой кредит.
