Городскому казначею пришлось лишь проводить колонны солдат, куда ему сказал сир Бронн. И наблюдать за погромом, который воины Его Высочества учинили в прекрасных дворцах.
Черный Принц разместился во дворце Арренов. Резиденция лордов Долины располагалась в отдалении от центральной площади и не была столь роскошной, как у Графтонов. Зато она находилась на холме и была неплохо приспособлена для обороны. Очевидно Аррены, когда строили дворец, не слишком полагались на верность своих знаменосцев.
Рассветные стрелки не участвовали в веселье. Они вновь, как и в Белой Гавани, получили награду из рук самого принца: по двадцать золотых драконов и по драгоценности из сокровищницы Арренов. Бронн расставил караулы по всему городу. Затем Джон поехал в порт.
Кроме конвоя из крылатых хуссар, Джона взял с собой нескольких гвардейцев из железнорожденных, которые больше других понимали в морском деле.
Принц со свитой подъехали к причалам. Гавань была забита торговыми кораблями, раскрашенными в разные цвета, со статуями диковинных зверей на носу. Торговцы, напуганные сдачей города, поднялись на борт своих кораблей вместе с экипажами. Множество моряков стояли на палубах и рассматривали завоевателя и его свиту. Глава купеческой гильдии пояснял Его Высочеству, кому принадлежат корабли.
— Что за форт? — принц показал рукой на небольшую крепость на дальнем берегу гавани.
— Торговая фактория Браавоса, Ваше Величество, — пояснил купец. — Еще Лиза Аррен подтвердила иммунитет браавосийцев, который им даровал король Томмен Баратеон. Они построили стены вокруг своих торговых домов, потом надстроили их, потом выстроили башни. У них и пирс свой. Таможенникам лордов Долины туда хода нет, как и городской страже.
Они доехали до Арсенала Гуллтауна. Огромная верфь считалась собственностью Железного Трона, но управляли ею Хранители Востока.
На верфи было пусто. У причалов стояло четырнадцать боевых галей; даже самый далекий от морского дела человек мог заметить, что они очень давно не выходили в море. На стапелях виднелись каркасы еще четырех кораблей в разной степени готовности. Немногочисленные работники выглядывали из-за недостроенных корпусов.
— От лица гильдии кораблестроителей Гуллтауна счастлив приветствовать Ваше королевское Высочество в Арсенале! — к принцу спешил высокий, роскошно одетый мужчина. Он говорил хорошо поставленным, как у гарольда, голосом. — Я Дик Бонклейм, Ваше Высочество! Главный мастер Арсенала и старшина гильдии корабельщиков вашего Гуллтауна! Вот уже двести лет род Бонклеймов строит корабли для Хранителей Востока! Мы счастливы, что Ваше Высочество удостоил своим визитом Арсенал! — расшаркивался он.
— Почему на стапелях всего четыре судна? — угрюмо спросил Джон.
— О, это наша боль, Ваша милость! — Бонклейм развел руками. — Дом Аррен давно не проявлял интереса к флоту… Арсенал почти не получает средств…не на что закупать лес… мастера ушли… Но, если Ваша милость пожелает, мы возобновим работу очень быстро! Мы не можем строить три сотни галей в год, как арсенал Браавоса… Пока не можем… Но качество кораблей, построенных в Арсенале Гуллтауна, всегда гремело на обоих берегах Узкого Моря!
— Как быстро могут быть достроены эти корабли? Сколько кораблей вы можете заложить в ближайшее время? — Джон в окружении свиты встал у каркаса одной из галей, похожий на скелет огромного кита. Железнорожденный, седой сержант Шарп, начал гладить ладонью шпангоут.
— Два-три месяца, и эти галеры будут готовы к бою, Ваша милость! Если, конечно, Арсеналу будут выделены необходимые средства… Что делает этот человек? — закричал Бонклейм.
Шарп постучал кулаком по древесине, взял валявшийся тут же молот, размахнулся и что было сил ударил по шпангоуту. Могучий с виду брус подломился; весь каркас накренился, еще несколько брусьев треснули.
— Гнилье. На Железных островах тебя бы скормили кракену. По частям, — Шарп плюнул под ноги главному мастеру.
— Нельзя лгать своему принцу, — проговорил Джон и кивнул головой.
Тиметта с ними не было — он помогал жрице Кинваре. Но дотракийцы справились не хуже, и скоро тело Бонклейма уже болталось на бимсе.
Джон приказал привести к нему капитанов торговых судов. Он вызвал Миссандею и подолгу выспрашивал у каждого моряка, в какие гавани заходил его корабль, что он видел и слышал. Мисси переводила.
Капитан “Дикой орхидеи”, лиссенийской каракки, долго жаловался на бесчинства бывших моряков Эурона во всем Узком море.
— Но теперь-то Браавос за них взялся как следует! Морской владыка скоро покончит с пиратами, и навигация тогда восстановится!
Лиссениец рассказал, что пираты обосновались на Драконьем Камне и на острове Тарт, и Браавос готовит против них карательную экспедицию.
Шкипер “Таинственной сестры”, большого нефа из Тироша, сообщил принцу, что боевая эскадра его города тоже в море. Много кораблей Железного флота добралось до Ступеней и скрывается в бухтах бесчисленных остров. Также он рассказал об огромных караванах с войсками, которые “как огромная змея” ползут из Браавоса в Королевскую Гавань.
