— Лорд-Стюард, вы получили приказ? — голос Джона звучал беспрекословно. Как у старой таверны в горах Белмора, в ту минуту, когда он потребовал принести клятву Ночного Дозора.
Джейме вытянулся по стойке смирно.
— Мы с Ее Величеством будем двигаться вместе с колонной Лорда Первого Разведчика. Военный совет окончен.
Джон подал руку королеве и покинул залу вместе с ней.
— Это был самый короткий военный совет с тех пор, как Ее Величество приняла решение выступить на Север, — сказал озадаченный Тирион Давосу Сиворту.
Для снаряжения обоза требовалось время. Дейнерис понимала, что у Джона появился план действий. Но ее куда больше интересовало, что он думает о внезапно свалившемся на него праве на престол. И что он думает о ней. От волнения Дейнерис даже забыла о Бриенне Тарт.
Дейнерис ухватила Джона за руку и буквально затащила в свои покои. Впрочем, наследный принц не сопротивлялся. Он был настолько погружен в себя, что удивленно вскинул голову, когда Дейнерис захлопнула дверь.
— Нам нужно отдохнуть, — сказала Дейнерис вкрадчивым голосом и подтолкнула его к кровати.
Джон лег в одежде и сапогах, только сбросил шубу. Дейнерис устроилась рядом, начала целовать, подолгу касаясь губами его заросшего бородой лица. Джон, казалось, не замечал ее, молча смотрел в потолок и не шевелился.
— В старых книгах говорится, что только величайшие воины из рода Таргариенов могли оседлать взрослого дракона… Дрогон, он же вырос у меня на руках… Но я смогла полететь на нем, когда он был намного меньше… — ворковала Дейнерис, расстегивая застежки дублета Джона. — А ты будешь великим драконом…
— Дени, — оборвал ее Джон. — Я тебе не рассказывал одну вещь…
Дейнерис улыбнулась и прижалась губами к его щеке.
— Расскажи, мой дракон!
— После Аркольского моста, когда мы ворвались в лагерь железнорожденных на берегу… Они сразу сдались. Но было непонятно, что делать с такой массой пленных. Они могли ударить нам в спину… В общем, я приказал загнать их всех в море, — говорил Джон глухим и печальным голосом. — Потом уже прилетели драконы…
— У тебя не было выбора. Иметь власть — значит выбирать между ужасным и отвратительным. Но ты сражаешься за саму жизнь…
— Но так неправильно! Какова цена жизни, Дени?
— Если прервется сама жизнь, все потеряет смысл.
Джон с силой прижал ее к груди. Дейнерис хотела найти губами его губы, но он уткнулся в ее волосы и затих.
“Он даже не понял, что произошло. Или не потрудился подумать. Или не смог. Тяжело жить совсем без воображения”, ответила на свой вопрос королева.
Так они лежали, не двигаясь, несколько минут. Дени начала медленно водить рукой у него между ног, потом распустила завязки на его штанах. Выскользнула из объятий и взяла его член в рот.
— Что ты делаешь? — Джон даже привстал на кровати от удивления.
— То, чего ты не знаешь, Джон Сноу. Лежи! — игриво улыбнулась она и снова принялась сосать член.
Джон быстро исторгся. Он лежал на спине, не двигаясь, и опять уставился в потолок. Дени устроилась у него на плече. Ей показалось, что он плачет.
— Только смертью можно заплатить за жизнь, — прошептала она.
Джон молчал.
========== НАКАНУНЕ ==========
Из Рва Кайлин выступили затемно. Джон и королева сопровождали маленький обоз на драконах. Метель почти не прекращалась, поэтому им приходилось часто садиться, чтобы отдохнуть от ветра со снегом, хлеставшему по лицам. Джон пробовал надвинуть шапку на самые глаза, замотать лицо шарфом, но долго выдержать в воздухе не удавалось. Дейнерис только тихо плакала, кутаясь в шубу.
На земле Джон отводил в сторону Бронна и подолгу с ним разговаривал, проваливаясь в снег по колено. К счастью, теперь у них были сани, которые нашлись в крепости. Людям Бронна не приходилось без конца выталкивать застрявшие в снегу телеги, как на пути в Ров Кайлин.
К концу второго дня пути показался замок Сервинов. Джон пролетел над самыми шпилями его башен. Замок был пуст. Конный разъезд, наблюдавший за окрестностями, галопом скакал в сторону Винтерфелла. Поднявшись выше, Джон разглядел еще несколько крошечных фигурок всадников, устремившихся к твердыне Севера с разных сторон.
“Если бы они были врагами, я бы уничтожил их всех за несколько минут, — отметил про себя Джон. — Дракон — самое страшное оружие, которое только есть в этом мире… Эх… Оседлай я дракона на пару месяцев раньше… Все было бы совсем иначе.” Джон удивился самому себе, насколько ясно ему представились стены Королевской Гавани с высоты полета дракона. ВСЕ было бы иначе.
Темнело. Сначала вдали показалось красноватое зарево: бесчисленные огни освещали массивные башни Винтерфелла и отражались от облаков. “Дом”, подумал Джон и в груди у него защемило.
