— Эурон Грейджой вероломно напал на нас по пути в Белую Гавань. Часть армии погибла…
— Мы знаем, что сделал Эурон. Один из его кораблей штормом вынесло к нашим берегам, — с места поднялся толстый лысый рыцарь. Его камзол был украшен гербом с водяным на зеленом фоне. — Я лорд Вилис Мандерли. Мы ждали флот… ее Величества. Когда мы узнали, что произошло, отец отправил меня на помощь Винтерфеллу.
Толстяк поклонился.
“Скоро он станет такой же огромный, как и его отец”, подумал Джон. Старый лорд Виман Мандерли был знаменит своей тучностью. “Хотя нет”, поправил себя Джон.
— Север никогда не забудет верность дома Мандерли! — с чувством произнес он.
— Что с узурпатором Эуроном Грейджоем? — спросила Дейнерис.
— Пираты говорят, что он поплатился за свою измену! Ваши драконы сожгли его на глазах всего флота! — сказал Вилис Мандерли.
“Мои дети. Мои преданные, умные дети. Они сделали для меня больше, чем я могла ждать. Мои любимые”, подумала Дейнерис о своих драконах.
Собрание опять зашумело. Дейнерис хотела расспросить лорда Мандерли обо всем, но Джон поднял руку, призывая к тишине. Она решила, что успеется. Хорошие новости не портятся от ожидания.
— Драконы будут с нами в этой битве. Ее милость и я будем защищать Винтерфелл на драконах. Дотракийская орда, конное войско, равного которому Вестерос никогда не видел, будет с нами в этой битве. Орда прошла Ров Кайлин и идет сюда. Когда мертвые начнут штурм, орда ударит по ним с тыла и растопчет мертвых копытами своих коней.
После слов о орде, которая идет вслед за ними, Дейнерис с огромным трудом смогла скрыть изумление. Она смотрела на Джона, вытаращив глаза, но тот продолжал свою речь и не замечал ее выразительных взглядов.
— Я видел нашего врага. Я бился с ним. Мертвяки не устают и не имеют страха. Их сотни тысяч. Но их преимущества становятся их слабостями. Они могут идти только вперед и не применяют маневры. Они не защищаются в схватке и не пытаются укрыться от стрел. Все, что нам нужно — заставить их всех полезть на стены и открыть тыл для конного натиска.
Лорды одобрительно зашумели. Слова Джона показались им разумными.
— Братья и сестры! — продолжил Джон. — Я обращаюсь к вам в час смертельной опасности, которая нависла над нами. Над всеми нами. Мы говорим не о войне между домами или королевствами. Речь идёт о жизни и смерти Севера, о жизни и смерти всего царства людей! Наш враг неукротим в своей бешеной злобе и ненависти к миру. Но я знаю: в час решительной битвы не дрогнет никто. Среди нас не будет трусов и предателей, паникеров и дезертиров. Все как один, плечом к плечу, встанем против самой смерти!
Джон опять замолчал. Северяне поднялись со своих мест. Огонь надежды загорелся в их глазах.
— Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами! — крикнул он и обнажил меч.
— Победа будет за нами! — подхватили лорды.
Работа в замке снова закипела. Драконы оставались рядом, у дороги к Зимнему городку, но над крепостью больше не летали. Воины и крестьяне, собравшиеся в Винтерфелле со всех окрестностей, группами подходили к воротам, чтобы поглазеть на крылатых монстров, и возвращались к своим делам.
Солдаты, прибывшие с обозом, помогали разгружать драконье стекло. Его сразу тащили в мастерские. Некоторые мешки обозные брали на плечо сами и шли к старой башне, в которой был вход в крипты Винтерфелла. Там распоряжался Сэм Тарли. Он был настолько занят, что так и не встретился с Джоном.
Крепкий северянин, из боевых слуг Сервинов, судя по гербу с двусторонней секирой на дублете, подошел к саням и взялся за мешок.
— Этот оставь, — обозный положил ему руку на плечо.
— Чего? — северянин отпустил мешок и выпрямился. От него сильно пахло элем. — Кто сказал?
— Я тебе сказал, — зло ответил обозный.
— Да ты кто такой? Ты откуда взялся? Говоришь не по-нашему… Южная свинья, никак? — северянин сбросил руку обозного со своего плеча и толкнул его в грудь.
Меховая накидка, который тот укрывался, распахнулась и стала видна рукоять меча с красивым навершием.
— Лев? Да ты из Ланнистеров, твою мать! —северянин схватился за рукоять своего меча.
Обозный сделал несколько шагов назад. Северянин почти обнажил меч, когда другой обозный, подкравшись сзади, зажал ему рот рукой и несколько раз воткнул в бок кинжал.
Обозные подхватили человека Сервинов и потащили к ближайшей конюшне, как пьяного. Было темно, никто вокруг не обратил внимания на короткую потасовку. Снег, который не прекращался ни на минуту, быстро заметал кровавые пятна.
После собрания в Большом Чертоге Джон оставил королеву на попечение своей сестры и пропал. “Скоро битва,” только и сказал он. К счастью для Дени, общество леди Старк оказалась на редкость приятным. Она была прекрасно воспитана и учтива.
