— Кровников. Знатные дотракийцы называют своих рыцарей кровниками, — поправила ее Миссандея.
— Спасибо, милочка. Я непременно запомню, как эти дикари называют друг друга, — тонкие губы Сансы сложились в презрительную улыбку. — Королева наверняка расстроится, когда узнает о таком странном происшествии. И начнет их искать. А королеве нельзя волноваться, как ты знаешь. Будет лучше, если она узнает, что они просто уехали из Белой Гавани. Но кто же ей может об этом рассказать? Кому она поверит?
Санса сделала небольшой глоток, посмаковала вино. Отпила еще раз.
— А что если Коварро звал с собой Миссандею? Как Давос Сиворт? Такое же возможно, правда?
— Да, миледи, — покорно ответила наатийка.
— Но Миссандея предана своей королеве. Она не поддалась на их уговоры.
— Да, миледи.
— Очень разумный ответ. Так ты и сделаешь, верно? А вот о разговоре с Давосом Сивортом тебе лучше забыть, милочка.
Санса допила вино и встала с кресла. Подошла к девушке. Дотронулась пальчиками до ее груди, провела рукой ниже, распахивая ей халат.
— Такая нежная… Понимаю Джона, — Санса водила пальцем вокруг соска на левой груди Миссандеи. — Вот только Ее Величество может не понять… такого увлечения своего мужа. Но мы же не будем говорить об этом Ее Величеству?
Санса взяла двумя пальцами сосок девушки и с силой выкрутила его.
Смуглое лицо наатийки пожелтело от боли. Но она стерпела, не позволила ни единому звуку сорваться с губ.
Санса чуть разжала пальцы.
— Вам нравится делать людям больно, миледи? — девушка посмотрела в глаза леди Старк.
От неожиданности Санса отпустила ее грудь.
— И вам нравится, когда делают больно вам. Да… милочка? — Миссандея отвесила ей пощечину.
Санса попятилась. Миссандея сделала шаг вперед и ударила её другой рукой, уже сильнее. Санса закрыла глаза и задрожала.
— Я вас услышала, миледи. Мы обо всем договорились, — девушка сделала изящный реверанс.
Леди Болтон, красная как рак, выбежала из комнаты.
Джон вскочил, проспав едва ли больше часа. Сел на постели и непонимающе, даже недоуменно смотрел по сторонам. Когда его непроснувшиеся глаза встретились с глазами Дени, в них мелькнуло удивление. По крайней мере, ей так показалось.
— Корабли… Необходимо сделать инспекцию состоянию кораблей. Давос оказался предателем. Нельзя доверять его докладам, — Джон начал одеваться.
“Слишком поспешно”, подумала Дейнерис.
— Может разрешишь себе отдохнуть? У нас вчера была свадьба, если ты не забыл.
— Наёмники Браавоса в столице! С каждым днем их положение будет укрепляться. А наше — наоборот, — ответил Джон и ушёл.
Дейнерис даже не успела спросить его, что за высадку в Долине Аррен он задумал.
После продолжительного туалета королева изволила выйти ко двору. Многочисленные гости, изрядно погулявшие накануне, силились изобрести изящный комплимент Ее Величеству. Она рассеяно кивала в ответ.
Дейнерис раздражал совершенно пьяный Тирион, крутившийся вокруг неё и горячо умолявший “поговорить с королевой наедине по делу величайшей важности”. В конце концов Санса Старк заметила, что Лорд-Десница рискует окончательно вывести королеву из себя и увела бывшего мужа.
На самом деле Дейнерис злило отсутствие Джона. “Убежал, как будто в чем-то виноват,” размышляла она. Да еще и Коварро не было видно. Вчера она сама разрешила ему оставить свой пост и отметить праздник. Впрочем, других кхалов тоже не наблюдалось. Кхалиси знала, что если дотракиец начал гулять, остановиться ему трудно. Но день клонился к вечеру, а Коварро не явился. Джон обязательно припомнит, что её вернейшие кровники так напились, что не могли стоять на ногах. Не хватало ещё, чтобы они натворили глупостей.
Дейнерис вернулась в покои и вызвала Миссандею.
— Найди Коварро. Скажи, что кхалиси требует его к себе.
— Ваша милость… — Миссандея опустила глаза. — Если Коварро не пришел… Я боюсь, что не найду его ни в городе, ни в стане дотракийцев.
— Как так? — опешила Дейнерис.
— Вчера Коварро подходил ко мне и сказал, что он и кхал Того присоединятся к другим кхалам, которые ушли вместе с Квого-полукровкой, — Миссандея начала поправлять узел на поясе. — Он хотел, чтобы я поехала с ним.
Дейнерис показалось, что земля качнулась под ногами.
— Но почему? — воскликнула она.
— Коварро сказал, что они не станут поклоняться богу огня и красным ведьмам.
“Она врет”, вдруг поняла королева. “Коварро мог наговорить всякого сгоряча, но кхал Того никогда и ни за что не поехал бы к изменникам под предводительством какого-то полукровки”.
Дейнерис поискала глазами пузырек с вонючей жидкостью. Но, как ни странно, она чувствовала себя в порядке. Легкая тошнота была, но к ней Дени уже привыкла. А головокружение вдруг прошло.
“Пусть я осталась без драконов, без армии, без преданных мне людей. Но я Дейнерис Бурерожденная, и я не позволю сделать из меня куклу. Я должна доказать, что могу быть королевой. Не только ради себя. Но и ради ребёнка.”
— Кому ты еще сообщила?
Миссандея продолжала стоять с опущенной головой и разглаживать платье.
— Никому, Ваша милость.
