— В рукопашную пойдем, — пожал плечами тигролюд, прикидывая, что из его арсенала может помочь. — Мне главное до нее добежать, а там подрезать лапы да вспороть брюхо… и никакая регенерация не поможет, если порезать тело на куски, поотрубать головы и пробить сердце.
Тем временем на берег вслед за гидрой полезли и другие твари.
— Нужно подчистить мелочь, чтобы не путалась под ногами, пока я буду кромсать гидру, — сказал он Эфироту, раскрывая сумку, и полководец решительно кивнул, призывая Активатор.
Многоголовая тварь не спешит, явно придерживаемая чьей-то волей, да и щелкунчик не наносит свой удар, тянет, бережет заклинание на более приоритетную цель, нежели очередной элементаль. Ну да Миражи его обломают.
— Учитель, можно я с тобой? — быкоголов, избавившийся от ослепившего его яда, перекинул тяжелый топор из руки в руку и просяще глянул на тигролюда, но тот отрицательно качнул головой.
— Не потянешь, Ксефон, просто погибнешь зря.
Кажется, все. Над полем грядущей схватки внезапно зависла тишина, словно каждая из сторон боялась ее спугнуть, такая хрупкая, такая вязкая… Громкий хлопок, всколыхнувший туман, заставил всех невольно вздрогнуть. Окровавленное тело, вылетевшее из камышей, ударилось об земляной вал. Приглядевшись, кот опознал разрубленного Охотника-тушканчика, все еще сжимающего жезл в уцелевшей руке… И в тот же миг все закрутилось, словно кто-то нажал на спусковой крючок. Твари, накопившиеся возле гидры, рванули к валу, насаживаясь на вкопанные под углом колья и перелезая их по еще дергающимся трупам. Пятиглавая громадина, сделав несколько шагов, заревела, запрокинула головы и потянулась вперед, готовясь залить все ядом. Медж, спрыгнув, устремился к ней, а Игроки, собравшиеся на земляном валу, разом вскинув Активаторы, нанесли удар, расчищая ему путь…
Огненная стена покатилась вперед, перемалывая и сжигая все, до чего могла дотянуться. Кислотные ямы, Ледяные молнии, Ослепительный свет и раскидавшая миньонов Керумера Невесомость — в ход пошло всё, сберегаемое именно для такого момента. Не убьют гидру — и всем конец. Тварь разметает вал в пару ударов и зальет лагерь ядом изнутри, обрушив и без того хрупкую линию обороны, а дальше мелочь, продолжавшая бесконечным потоком лезть из тумана, добьет тех, кто не успеет убежать. Впрочем, и бежать тоже не получится. Из этого тумана живым никто не выберется, заплутает, потеряется и, рано или поздно, будет съеден.
Он должен убить этого монстра, нет, обязан. Удар, прыжок, еще удар, сместиться влево, пригнуться, пропустив над собой веер брызг, прыгнуть вперед и полоснуть когтями мокрицу, плюнувшую в него кислотой. Мигнуть, миновав сразу целое скопление окружающих гидру тварей, и снова устремиться к цели, слившись с силуэтами прущих напролом зверей. Хлопок ледяной гранаты превращает сразу парочку болотных жуков в застывшие статуи, резкий уход вправо — и рядом взрывается кислотный шар: кто-то из Игроков на стене неосторожно применил заклятье рядом с ним. Да чего же ты не плюешь⁈ Он держит специально под эту атаку свое следующее перемещение. Не хочешь попасть по своим? Странно, многоголовая зверюга уже давно должна была выдохнуть облако яда, замерев на миг и дав ему время…
В круговерти боя он ненадолго упустил ее из виду. Вскинув голову, попытался определить, куда сместилась гидра… и не нашел ее. Ее просто не было. Он недоуменно повел головой по сторонам, на ходу полоснув змею, попытавшуюся вцепиться ему в ногу, когда услышал рядом знакомый голос:
— Не помешаю?
Медж оглянулся и увидел Рэна, пинком ноги отправляющего в туман мелкого варана, целившегося тигролюду в спину.
