– Нет, что вы? – воскликнула Зинаида Дмитриевна. – Я не могла усидеть даже на одном месте, все время ходила по кухне. Я прямо заявила Грише, что иду с ним. И мы с ним поехали к Рите. Мы звонили в квартиры соседей, объясняли, что произошло, расспрашивали… Но все было бесполезно. Никто ничего не видел и не слышал, как будто бы весь дом вымер в это время… Обратно к себе домой мы с Гришей ехали как во сне. Я, по крайней мере. Нет, Гриша, конечно же, тоже переживал… Вы понимаете, Татьяна Александровна, Аришенька, наш цветочек, для нас с Гришей была больше, чем внучка. Я ведь очень хотела родить еще одну дочку. Думала, что вот у Риточки появится сестренка. Будут две сестрички, будут поддерживать в жизни друг друга. Но когда родилась Рита, то доктора сказали мне, что, к сожалению, больше иметь детей я не смогу. И вот тогда, когда на свет появилась Аришенька, я сказала себе, что это – моя вторая доченька, которая досталась мне через Риточку. Я понимаю, что это выглядит глупо, наивно, но…
Зинаида Дмитриевна опустила налившиеся слезами глаза и судорожно вздохнула.
– Зинаида Дмитриевна, скажите, а какие у вас отношения с родителями Владислава? Они ведь уже знают о похищении Арины, не так ли? – спросила я.
– Ой, – женщина махнула рукой, – там все очень сложно. Ведь Рита с Владом разошлись. Но и тогда, когда они были женаты, то отношения у Риты со свекрами были очень плохие.
– Но почему? – спросила я.
– Сватья Евгения Михайловна – очень высокомерная и неприятная особа. Она сразу сказала, что не считает Риту ровней своему сыну.
– Даже так? – с удивлением спросила я, хотя совсем недавно имела «счастье» беседовать с этой особой.
– Да, представьте себе, Татьяна Александровна.
– А родители Владислава, что же, королевских кровей, что ли? – хмыкнула я.
– Нет, но гонору слишком много. Я имею в виду Евгению Михайловну. Она преподает биологию в нашем университете, ее муж, отец Владислава – тоже биолог, профессор. Изучает какие-то редкие бактерии. Они и на Риту смотрели, как на бактерию: снисходительно-презрительно. Да чего там говорить! Евгения Михайловна сразу заявила Рите, что считает женитьбу своего сына на ней попыткой Влада досадить ей, представляете? «Ваш брак – это мезальянс», – вот прямо так она и сказала как-то при встрече с Ритой. И потом она не раз повторяла, что, мягко говоря, не в восторге от выбора Владислава. А уж когда родилась Аришенька, то она такие себе высказывания позволяла! Что породу нужно улучшать, а не ухудшать, что Аришеньке нужно еще заслужить право носить их фамилию, хотя она ее и получила по праву рождения.
– Ну, это уж как-то… слишком, – только и смогла ответить я.
– Но и это еще не все. Евгения Михайловна после рождения Аришеньки сразу заявила, чтобы к ней ее не привозили и на подарки не рассчитывали. Ну, так никто и не рвался к ней. Рита виделась со свекровью очень редко, на каких-то семейных торжествах, – сказала Зинаида Дмитриевна.
– А свекор? – спросила я.
– А что свекор? – женщина пожала плечами. – Я же говорю, он был всецело погружен в изучение своих бактерий. Мне кажется, что он даже своей-то семьей не особо интересовался.
– Зинаида Дмитриевна, у вас есть какие-нибудь предположения, кто мог похитить вашу внучку? – спросила я.
Женщина медленно покачала головой:
– Я даже не могу предположить. Кому это понадобилось сделать… А уж с какой целью… Я стараюсь просто гнать от себя эту мысль…
В это время из соседней комнаты вышла высокая худощавая женщина в деловом костюме василькового цвета, похожая на Зинаиду Дмитриевну.
– Это моя старшая сестра Аделаида Дмитриевна Карпенко, – представила женщину Зинаида Дмитриевна.
– Ада, это частный детектив Татьяна Александровна Иванова, – сказала Зинаида Дмитриевна, – она занимается поисками нашей Аришеньки.
Аделаида как-то странно посмотрела на меня и молча кивнула в ответ.
– Аделаида Дмитриевна, мне необходимо будет задать вам несколько вопросов, – начала я, но женщина меня перебила:
– А с чего это вы будете задавать мне вопросы?
– Вы же слышали, что я являюсь частным детективом и провожу расследование по поводу похищения Арины, – сказала я.
– Ну, допустим, слышала, ну и что? Вы что же, хотите сказать, что подозреваете меня в ее похищении? И почему вы сразу решили, что это похищение?
– А что же это, по-вашему?
– Ну, скажем так, девочка решила просто… прогуляться.
– Прогуляться?! Вы это серьезно, Аделаида Дмитриевна? Ребенок в три с половиной года решил прогуляться и гуляет уже бог знает сколько времени в одиночку. Версия прямо-таки сногсшибательная, ничего не скажешь! – воскликнула я. – А насчет того, подозреваю ли я вас в похищении Арины, то – да, подозреваю, – продолжила я.
– Вы думаете, что вы говорите? – с возмущением произнесла Аделаида.
– Обязательно, Аделаида Дмитриевна. Я всегда сначала думаю, а потом говорю. Так вот, по поводу подозрений. Вначале расследования я подозреваю всех, кто так или иначе контактирует с потерпевшим. В данном случае ею является Арина. Потом, по мере сбора данных, круг фигурантов сужается, – объяснила я.
