– Не буду, – кивнула Аделаида. – Однако в таком возрасте такой кратковременный перерыв в общении с матерью очень быстро забывается. Это я вам как психотерапевт заявляю.
«Поменьше бы было таких психотерапевтов», – подумала я.
– Зато я достигла своей цели, – продолжала Аделаида, – месть через поколение воспринимается еще острее всеми виновниками предательства. Месть, как известно, это возвращенная боль. Моя месть, моя боль была подана не просто остывшей. А можно даже сказать замороженной.
– То есть, иными словами, вы отыгрались не на Маргарите, а на ее дочери, – заметила я.
– Ну, да. Я же сказала, что моя месть – это месть через поколение, – нисколько не смутившись, сказала психотерапевт.
«Она рассуждает как Господь Бог. Моя месть, поколение… Ладно, – подумала я, – разговаривать с ней больше нет никакого смысла, следствие разберется. А моя миссия на этом окончена».
Через неделю мы со Светкой сидели в кафе на набережной, ели мороженое, и я рассказывала подруге об этом расследовании, в котором ей и ее племяннице Маше довелось принять участие.
– А что же Владислав Преснепольский? – спросила Светлана. – Он признал своим сына Вероники?
– Не знаю, Свет. Когда Владимир спросил, понимает ли он, что может быть отцом ребенка своей любовницы, то Владислав как-то неопределенно пожал плечами, да и вообще говорил он на эту тему очень неохотно и отвечал коротко и односложно. Чувствовалось, что ему и неприятно, и неудобно выносить на обсуждение свою личную жизнь и прошлое, – сказала я.
– И это все, что он сказал? То есть просто пожать плечами – поступок настоящего мужчины? – с удивлением спросила подруга.
– Ну, это пока все. Но я все-таки думаю, что у Владислава должен будет состояться разговор с Маргаритой. Когда, конечно, она полностью окрепнет. Он ведь признался ей только в том, что изменил. А про ребенка… правда, он ведь тогда не знал, что стал отцом второй раз.
– Да уж! – с чувством произнесла Светлана.
Она помолчала, а потом спросила:
– Тань, а Владимир… он свободен?
– Увы, Светик, Володя женат. Давно и надолго, – мне пришлось огорчить подругу.
– Ну вот, почему всегда так? – с досадой воскликнула Светлана. – Как только встречу настоящего мужчину, и он понравится, то оказывается, что он не свободен! Но поступать так, как поступила эта Вероника Шелухина, я, конечно же, не буду. Крутить амуры с женатым за спиной его законной жены – это самое последнее дело. Я, во всяком случае, так считаю.
– Я полностью с тобой согласна, Свет, – сказала я.
– Слушай, Тань, а как ты собираешься отдыхать? – спросила Светка. – Ты ведь завершила расследование, теперь имеешь право на отдых.
– Знаешь, я пока еще не решила. Думаю, что для начала я схожу к тебе в салон, и ты сотворишь с моими волосами что-нибудь такое-этакое, – я покрутила рукой в воздухе.
– Отличная идея! – похвалила Светлана и добавила: – А потом мы вместе подумаем, куда тебе отправиться на отдых.
– Да, мы именно так и сделаем!
