– Как я уже сказал, моя история имеет прямое отношение к пропавшей девочке. Итак, рассказываю о Салли. – Грант понизил голос. – Было начало осени, и это оказалось последней каплей. Самый лучший сезон – длинные влажные, растрепанные волосы развеваются на ветру поверх шерстяных шарфов. Летом свет слишком яркий, на жаре цвета бледнеют. А когда жара спадает, пропадает и этот эффект. Тогда юные красавицы выглядят так, как нужно. Только в то время Салли постоянно заставляла меня ощущать стыд. Я должен был что-то сделать.
– И что вы сделали?
– Я был в парке напротив. Было темно, она меня не видела, а я мог разглядеть через стекло ее размытый силуэт, но этого было мало. Видел, как она моет голову под душем и вытягивает пряди, смывая шампунь. – Грант снова начал барабанить пальцами по столу. – Дверь была не заперта, и я тихо зашел. Она ничего не слышала. Я открыл дверь ванной. Ребенок спал в соседней комнате. Он лежал лицом вниз в голубой детской пижамке. – Грант рассмеялся. – Тут я чуть не отступил. Даже у меня есть слабые места.
– Вы тоже человек. Этот мальчик был вашим племянником.
– Он для меня ничего не значил. Единственное, что я мог слышать, – плеск воды, которой она мылась. Мое внимание было сосредоточено только на этом. – Грант похлопал себя по голове и стиснул зубы. – Я открыл дверь и увидел Салли. Она стояла в ванной спиной ко мне, из душа сверху лилась вода, и Салли водила руками по волосам. Кожа ее была розовая и влажная, зад стал пышнее, чем когда она жила дома, и внутри у меня опять все перевернулось.
Неожиданно Грант хлопнул в ладоши, и Сэм вздрогнул.
– Я подбежал к ней, схватил за волосы и дернул. Салли закричала, но я ухватился крепко, и она упала на спину. И разбила голову, ударившись о ванну. Удар был громкий, громче ее крика. Она поскользнулась, послышался звук, будто дыня упала, и стало тихо. Только вода накатывала ей на живот.
– Это был ваш план?
Грант засмеялся:
– Нет. Собирался задушить ее. Мне нравилось представлять эту картину, но, видя, как к стоку течет розовая вода, и не нащупав пульса, я понял, что так гораздо лучше. Салли поскользнулась в ванной. Никто ничего не узнает.
– Сколько вам было лет?
Грант умолк и, прикрыв глаза, принялся чуть заметно кивать – похоже, считал.
– Шестнадцать. Да, шестнадцать.
Несколько секунд Сэм помолчал, потом спросил:
– Почему через столько лет вы вдруг решили рассказать эту историю мне?
– Разберитесь в ней как следует, и узнаете то, что вам нужно.
– Если все действительно произошло так, как вы рассказываете, вам могут предъявить обвинение.
– Это только сделает меня еще более популярным.
– Популярным?
– Ну да, видели бы вы письма от моих фанаток. Самые разные женщины, и молодые, и старые. Любят плохих парней. Присылают фотографии в обнаженном виде, предлагают встретиться. И еще одурманенные фантазиями молодые люди. Единомышленники, желающие встретиться с кумиром.
Сэм покачал головой.
– Я уже устал от вашего хвастовства. Давайте перейдем к делу и поговорим о пропавшей девочке.
Вид у Гранта был самодовольный, будто он одержал победу в игре, о своем участии в которой Сэм даже не подозревал.
– Я сказал все, что хотел, – произнес Грант. – Все ответы – в моей истории. Ваша задача – сделать правильные выводы.
Сэм взял блокнот и ручку и, резко отодвинув стул, встал. Указал на окно:
– Посмотрите, Грант. Моя машина стоит у дороги, на которую вы смотрели. Я пойду к ней и буду наслаждаться воздухом свободы. Вернетесь в камеру – подумайте об этом.
– Лучше подумаю о вашей сестре.
Сэм на секунду закрыл глаза, стараясь взять себя в руки. Ему следовало быть готовым к этому выпаду.
– Не упоминайте имени моей сестры.
– Почему? Потому что с ней произошло то же самое? – Грант откинулся на спинку стула и с усмешкой скрестил руки на груди. – Кто-то вроде меня позабавился с ней. А вы? Вы с ней не забавлялись? Может, иногда подглядывали, когда она созрела?
Сэм ринулся к двери и громко постучал. Он не может здесь больше оставаться, ни секунды. Грант рассмеялся.
– А как насчет другой вашей сестренки?
Сэм стремительно обернулся:
– Что?..
– Я про малышку Руби. Впрочем, теперь она не такая уж и маленькая, верно? Длинные ноги, длинные волосы. Красотка.
Сэм почувствовал, как кровь приливает к голове, и руки сами собой сжались в кулаки. Он с трудом удержался, чтобы не кинуться на Гранта. Безумно захотелось увидеть у него в глазах хоть каплю страха или боли. Сердце колотилось быстро-быстро, на лбу выступил пот. Наконец дверь открылась, и Сэм выскочил наружу. Когда она начала медленно захлопываться, поворачиваясь на петлях, Грант крикнул вслед:
– Не забудьте рассказать про меня жене! Вот увидите, не пожалеете!
Когда дверь наконец закрылась, Сэм припустил рысцой, стремясь оказаться как можно дальше от этой комнаты, но в ушах продолжал звучать смех Гранта – громкий, маниа кальный.
