– Но эта сволочь ей лжет! Я не верю в россказни про добровольно согласившихся на переезд регесторок, Виола как-то не очень радостно ползала у него в ногах!
– Полагаю, вы правы, ведь он дважды пытался похитить вас, не побоявшись сурового возмездия. Но… хм… странно это как-то. В чем его мотив? Вы говорите, ради мести? Так поступают разве что выжившие из ума психопаты, а не влиятельные приближенные царя. Вообще-то, по закону вам следует немедленно вызвать стражу и заявить о случившемся, а я бы выступила свидетелем, и господина Тарэзэса, без сомнения, казнили бы… – Грань, я даже не подумала об этом! – Но… обвинения слишком серьезны, придется подтвердить показания на допросе в штабе, а значит, откроется истина про Эдварду, лорда Келероя, птичек и сочувствующих им девочках из кластера. И тогда нас всех, наверное, тоже казнят. Поэтому лучшим решением будет скрыться. Так хотя бы никто не пострадает.
Ага, кроме меня! Впрочем, сегодня Митра поражала благоразумием. А я вот нет.
– Нам нужно забрать Карлу с собой.
Митра скептически хмыкнула.
– Я не прощу себе, если оставлю свою единственную подругу на помойке!
– Но захочет ли она, госпожа?
Да, это проблема…
– Сейчас попробую уговорить, а ты… – Я строго поглядела на верную студентку. – Для тебя, Митра, у меня есть важное задание. Необходимо отыскать моего братца. Да-да, ты не ослышалась. Фрэнки, конечно, та еще свинья, но я не могу бросить его в Тиреграде, он под моей опекой.
– Нет! – категорично возразила юная воленстирка. – При всем уважении, госпожа, но нет. Я не пойду его искать.
– Митра…
– Нет! И не просите! Сейчас важнее спасти вас, мою сестру и… – Она споткнулась на полуслове, устремив ошеломленный взор на Карлу, та как раз выходила из контейнера.
– Что? – Я тоже посмотрела на подругу. Что случилось? Не пойму. И тут… Увидела… – Это же не то, о чем я думаю?! Это… же…
Гра-а-ань!!! Только не сейчас!
Ну кто-нибудь, скажите, что я ошибаюсь, что она просто…
Карла озадаченно взирала себе под ноги.
– О боги… этого не должно было случиться еще минимум… несколько недель… – пробормотала она дрогнувшим от паники голосом. – Я… не готова! Повивальщица, обещавшая принять роды, она же в другом городе. Я… заплатила ей уже, и…
Стремительно бледнея, она в ужасе зажала себе рот ладонями.
– Мой резерв пуст! Слишком много перемещений за день. Я… Все пропало! Боги, все пропало! Мне же нельзя было… Проклятье… – Слезы полились ручьями, Карла медленно осела по стенке контейнера на землю.
О благородные предки, избавьте меня от этого.
– Тебе нужно к врачу.
– Нет-нет! Я же в розыске!
Дерьмо! Почему все всегда складывается так криво?
– У тебя же вроде любовь к этой сволочи? – злорадно выплюнула я. – Ну так выбирай: сдохнешь сегодня или родишь ребенка и снова все забудешь, когда твоего благоверного подлечат? Среди нас акушерок нет.
Карла плакала навзрыд.
– Вообще-то… – встряла Митра. – Я… могла бы… э-э… попытаться. Я присутствовала на трех родах. – И шепотом добавила уже для меня: – Мы успеем позвать врача Пылающей. Время до вечера еще есть, а вот носиться по городу и искать акушерку уже некогда. Тем более госпожа Тарэзэс отказывается.
Эта пигалица, щеголявшая с кольцом в носу, и на родах присутствовала?
Ну, раз так…
– Отлично! Карла, ты прямо сейчас едешь к нам домой и там рожаешь, – бескомпромиссно постановила я и повернулась к смелой девчонке. – А ты… имей в виду, вызвалась – расхлебывай! А на меня даже рассчитывать с этим делом не смей! Я к вам на артиллерийский залп не приближусь! И если что-то пойдет не так – пеняй на себя!
Теперь настала Митрина очередь мертвецки побледнеть. Я же обошла ее, резко захлопнула дверь контейнера, задвинула все щеколды и припечатала их сверху шумоподавляющей структурой. Не сомневаюсь, Тарэзэса рано или поздно обнаружат, грохот завала и магические взрывы наверняка слышали, но мне требовалось, чтобы нашли его как можно позднее.
– Все, уходим!
На площадь мы выбегали под стоны Карлы, висевшей на наших плечах. Я кинулась наперерез закрытому экипажу, вынудила кучера остановиться и приказала гнать в особняк. Корчащуюся от боли роженицу мы втащили в кабину и спустя двадцать минут бешеной тряски по мостовым Тиреграда выволокли у собственной калитки. Серая от волнения Митра без умолку повторяла: «Надо послать за врачом, госпожа», «Скорее врача»…
– Скорее-скорее! – раздраженно передразнивала я ее, когда навстречу выскочила Эдварда с метлой в руках.
– Что случилось?! Кто это?! – выпучила она на нас огромные миндалевидные глазищи.
– Это моя подруга. И она рожает, – огрызнулась я.
– Какого… жаркого Солнца?! Вы что, свихнулись?!
Определенно.
– Говорю же! Моя подруга рожает!
Вслед полетела отборная воленстирская брань, а Митра уже распахнула двери. Кое-как мы доволокли несчастную до нижней спальни, откуда я срочно ретировалась, ибо вид вспотевшей трясущейся Карлы и ее огромного пуза меня… деморализовывал.
В гостиной, сжимая все ту же метлу, ждала Эдварда. Не позволив ей и рта раскрыть, я выпалила:
