За ней и до темного горизонта раскинулась черная степь, а над ней небо выглядело чуть светлее, по нему порой проносились причудливые сизые облака.
А ведь я даже не знала, куда меня занесло, никогда не интересовалась географией, но, судя по яркой алой засветке справа, Тиреград именно там. Далеко…
Так, надо думать! Не существует мест, из которых нельзя сбежать.
Нет, Фло… сейчас ты ничего толкового не придумаешь, надо поспать. Улегшись на лавку, я заставила себя закрыть глаза. Давай спи.
Но леди Келерой никогда не спала на улице и, несмотря на жутчайшее изнеможение, провалиться в беспамятство не удавалось. Ныли порезы на затылке, плечо, мелкие ожоги. Скорее бы резерв восстановился! Крепко обняв себя руками, старалась отрешиться от непривычных звуков: тихой болтовни стражников, гула электричества в колючей проволоке, непонятных хлопков, доносившихся из промышленной зоны. Сон все равно не шел. Пахло машинным маслом, где-то далеко ехал поезд, на псарне иногда завывала собака, но главное – внезапно начало холодать. В гребаном жарком Воленстире ночью вдруг стало демонски холодно! Подтянув к груди колени, я лежала на жесткой лавке и стучала зубами.
Надеюсь, Фрэнки все же сбежал. И девочки. Демоны с Эдвардой, а вот Митру и Карлу с ребенком жалко.
И все же, когда над долиной начало светать, я задремала, ненадолго погрузившись в столь долгожданное бредовое забытье.
Ненадолго – это, как показалось, на пару минут. Болезненную дрему прервал вылитый на голову ушат ледяной воды. Взвизгнув, я свалилась с лавки.
Несчастное плечо пронзила боль. Что?! Где я?! Валяюсь в ногах Тарэзэса, а ублюдок нависает сверху и ухмыляется.
– Довольно прохлаждаться!
Твою ж! Кошмар наяву продолжался…
Меня, мокрую и дрожащую, вздернули за цепь и поволокли куда-то, я едва ноги переставляла, ошалело хлопала глазами, пытаясь хоть что-нибудь рассмотреть.
Пространство вокруг окутало взвесью смога и пыли, едкой, удушливой и такой густой, какой в Тиреграде никогда и не бывало. Желтовато-розовый полог скрывал станцию канатной дороги и смотровые вышки, но нисколько не спасал от пекла – тусклый кружок солнца висел невысоко, но уже конкретно пригревал.
Тарэзэс тащил меня в промышленную часть кластера. Тут что? Ангары, склады, какие-то технические здания с трубами, будто растворявшимися в собственном дыму. В мареве я заметила сверкающие синим клейма на черных женских силуэтах. Здесь, наверное, несколько сотен азаари! И столько же охраны! Точно тюрьма! Воленстирки перекидывались короткими фразами, суетливо подвязывали пояса на одинаковых робах, нацепляли маски, причесывались на бегу. Но при нашем приближении все разом замолкали, опускали взгляды и, словно по команде, выстраивались вдоль линии из проблесковых маячков, отделявшей тротуар от проезжей части.
Не обращая на азаари внимания, волосатый изверг тянул меня дальше, к зданию-коробке без окон, но с крышей-куполом. И вот в настоящий момент эта крыша раздвигалась… Вскоре к механическому скрипу добавился нарастающий рев, внезапно поднялся жаркий ветер. Рев уже резонировал в горле, когда в бурлящую атмосферу над кластером медленно погрузился огромный дирижабль. Гигантская ржавая машина раскрыла отсеки и сбросила в цех руду, аж земля затряслась. Когда песок немного осел, я увидела, куда именно меня привел Тарэзэс. Увидела и окончательно проснулась.
На плацу охранник стегал плетью молоденькую азаари, за воем двигателей никто не слышал, как она орала, а когда аппарат улетел, силы оставили ее. Брюнетка полулежала на каких-то козлах, ее спина превратилась в черно-красное месиво, а на песок капала алая кровь. За экзекуцией отстраненно наблюдали три шеренги воленстирок все в тех же робах и флегматичный мужик с надписью «главный управляющий» на рукаве.
Заметив нас, он радушно заулыбался.
– С возвращением, господин! Мы уже заждались.
Как будто рядом не вздрагивала, не скулила в кулак несчастная, как будто и меня не тащили за цепь, как шавку, а воленстирки не пялились исподтишка на мою кое-как обритую голову. Ничего особенного не происходило – заурядное утро в кластере Харват.
Тарэзэс вопросительно кивнул на брюнетку.
– Тащила под матрас… – коротко пояснил управляющий, устремив темный взор на меня.
– Это моя азаари – клеймо скоро поставим, а пока займи ее хорошенько и идем смотреть, как вы тут прожили последнюю пару недель.
– Хорошенько? – подозрительно переспросил тип.
Пустота в животе начала переворачиваться…
Развернув меня к себе, Тарэзэс коварно прищурился и ласково проворковал:
– Можешь с ней не церемониться. Фло – обычная азаари.
Управляющий жестом подозвал охранников.
– В пятый цех.
Когда садистское начальство удалилось, воленстирки разошлись по ангарам с разными цифрами на фасадах, а два хватких амбала в форме буквально занесли меня в тот, на котором значилась пятерка.
