Возможность покинуть город по воздуху мы уже обсуждали, но соваться на аэродром или в причальную башню снова – чистое самоубийство, за любую информацию об Эдварде назначена такая награда, что, не будь я на своем месте, первая бы и сдала ее Шамрагу.
А вот любимый братцем рынок, тот самый, который под парусами, снабжал продовольствием и товарами весь город. Подвозили их туда поездами и грузовыми дирижаблями в контейнерах, хранившихся на гигантском пустыре за торговыми рядами. Там же находились и ящики нашего филиала, в которых иногда доставляли крупногабаритное оборудование для исследований, но чаще посылки на родину или, иными словами, мелкую контрабанду. Как и все грузы, опломбированные и опечатанные регесторскими эмблемами, они не досматривались.
Точно! Это то, что нам и нужно!
Оформить заявку на перевозку.
О своем плане я воодушевленно поведала воленстиркам и с удовольствием наблюдала, как их лица заинтересованно вытягиваются.
Да-да! Это сработает! Ну и кто молодец?! Я молодец! Мало ли что и куда возит институт? Контейнером больше, контейнером меньше. Все получится!
Когда я закончила, Эдварда выразила согласие скупым кивком. Митра же напряглась, напомнив о запрете покидать кластер и возможной угрозе со стороны Тарэзэса. Признаться, волосатый извращенец меня сейчас вообще не волновал. В филиале и на людных улицах ему до меня не дотянуться. А вот Шамраг гораздо опаснее и, чую, уже подбирается к нам.
Укрепив сигнальный контур магией, я велела Эдварде собирать вещи, провизию и воду, а сама помчалась обратно в квартиру – отсыпаться. Сегодня нас с Митрой, наотрез отказавшейся отпускать меня к перевозчикам одну, ждало крайне ответственное мероприятие!
Распроклятый Данкер.
Вот в кого все уперлось.
Негодяй скрупулезно закручивал гайки, уже посетил несколько моих лекций, заставил учениц ему кланяться, а сам ухмылялся, наблюдая за моей кислой миной.
Навязанное им занятие по деструкции для преподавателей я пока провела лишь раз. Старушенции материал не слушали, пренебрежительно переговаривались между собой, сокрушаясь и вопрошая, за какие грехи они теперь обязаны сидеть за партой и внимать невоспитанной малолетке. Вроде достопочтенные матроны, а поведение безобразное! Фу!
А вот на уроках по воленстирскому я отдыхала. Скучный черный дядька плевать хотел, учим мы что или нет. Он писал на доске новые слова, иногда объяснял грамматику и травил скучные байки о своей прежней работе на стройке. И тем не менее к концу недели я уже почти полностью его понимала, а вот сама сказать ничего не могла. Данкер же при каждой встрече грозил мне экзаменом по языку и очередными штрафными санкциями.
К демонам его. Если Эдварда не сбежит, экзамен у меня уже будет принимать одноглазый генерал.
Поэтому с утра я настроилась на самый миролюбивый лад, облачилась в скромную блузку и клетчатую юбку, завязала на шее платок – все, как любит милейший начальник, макияж сделала легкий, локоны завила. Любыми методами надо уговорить Данкера выпустить меня в город.
Как бы я ни презирала мерзавца, придется дать ему то, ради чего он все это и затеял, – извинения.
У-у-у… не могу. Ну не могу я перед ним извиняться!
От одной мысли о предстоящем унижении бросало в жар.
Ладно, сосредоточься, Фло! Ты еще ему устроишь, он еще за все ответит. Главное, именно сегодня выйти за ворота. От этого зависит жизнь Фрэнка и твое будущее в этой гадкой стране. Поэтому отложи на время свою гордость и сделай это. Вежливость – вот что необходимо. Вежливость и аристократическая невозмутимость.
Да, все так, но не могу-у-у!
После лекции я нервно мерила шагами холл второго этажа. Митра подпирала стенку у окошка и сочувственно поглядывала на меня. У директора проходило совещание. Сколько можно болтать? Я уже собралась подниматься на третий этаж, как…
А он что тут забыл?
Просила же не высовываться из дома!
Фрэнки ошивался у механических часов и неуверенно озирался. Своими немалыми размерами он сразу привлек внимание окружающих. Любопытные студентки замедляли шаг, вопросительно переглядывались и шушукались.
Вот грань! Сейчас весь кластер узнает, какой у меня брат-увалень! Брр! Я устыдилась его. Еще и в этой натянутой на пузе рубашке пожаловал, сумка грязная, набитая непонятно чем, и вихры растрепанные торчат. Не мог одеться по-человечески, чучело?! Все, сплетня номер один на следующие несколько дней теперь гарантирована.
Почувствовав гневный взгляд, Фрэнки вскинул голову и направился прямиком к ближайшей лестнице, а я рванула ему навстречу. Это недоразумение необходимо перехватить и скорее выдворить из здания.
Посреди пролета мы и столкнулись.
– Ты что здесь делаешь?! – шепотом взвизгнула я. – Как ты вообще прошел на территорию?!
– Оформил гостевой пропуск, – дернул он плечами.
По нашей лестнице воленстирки подниматься не спешили, снизу долетали тихие вопросы: «А кто это?», «Точно брат?», «Мужчина»…
– Я пришел за деньгами, Фло. За своими деньгами, – громогласно возвестил брат.
