Друзья встретили флакон с амортенцией восторженным воплем.
— Гарри, как это у тебя получилось?
— Ерунда, — отмахнулся Гарри и признался: — Хотя страху натерпелся, конечно.
— Интересно, что Снейп с тобой сделал бы, если б поймал? — задумчиво спросил Рон.
— Ничего хорошего, Рон, — Гермиона шлёпнула его ладонью по плечу. — Всё обошлось и ладно. Давайте лучше подумаем, как нам напоить Амбридж амортенцией?
— Да, тут не придёшь и не скажешь: на, мол, выпей, — пробормотал Рон.
— Чай она пьёт в своём кабинете, там не подступишься, — сказал Гарри. Невилл добавил:
— В Большом зале — тем более, там глаз много, сразу поймают.
— Может, тогда на кухне попробовать? — предложила Гермиона. — Рон, твои братья соль в суп ведь там насыпали?
— Точно! — подпрыгнул Рон. Гарри осадил его:
— Твоих братьев сразу вычислили, на кухне полно домовиков. А нам нельзя подставляться, всё должно произойти как бы само собой.
— Так если под мантией-невидимкой, то кто увидит? — возразил Рон. Гарри треснул себя ладонью по лбу:
— Точно! Как я забыл?! Значит, так и решим: завтра утром я проберусь на кухню, добавлю амортенцию в чай жабе.
— Как ты узнаешь её чай? — засомневался Рон. Невилл фыркнул:
— Она на розовом цвете помешана, так что её чашку Гарри точно узнает!
***
Утром перед завтраком Гарри, закутавшись в свою мантию, осторожно спустился в подземелье замка. По правде говоря, сердце у него было не на месте, когда он буквально на цыпочках крался мимо класса зельеварения и, что ещё хуже, кабинета Снейпа. Если профессору взбредёт в голову в это время выйти в коридор, Гарри попадётся как пить дать.
Но, видимо, у Гарри сегодня был сильный ангел-хранитель: вплоть до натюрморта с весёлыми фруктами он не встретил ни одного человека. Найдя на картине грушу, Гарри пощекотал её. Волшебный фрукт расхохотался и превратился в зелёную ручку. Гарри пробрался на кухню и осмотрелся: в огромном, не меньше Большого зала, помещении сновали сотни домовиков, одетых в полотенца с гербом Хогвартса. На столах громоздились горы блестящих кастрюль. В углу дышала жаром огромная печь.
Стараясь не наткнуться на суетящихся вокруг эльфов, Гарри нашёл стол, на котором стояли кружки и стаканы с чаем и тыквенным соком. Розовая чашка сразу бросилась в глаза. Откупорив флакон с амортенцией, Гарри аккуратно добавил перламутровую жидкость в чай и, удовлетворённо улыбаясь, тихо покинул кухню и подземелья.
***
Едва не опоздав на завтрак, Гарри влетел в Большой зал и плюхнулся на скамейку рядом с Роном. Поймав вопросительные взгляды друзей, он шепнул одними губами:
— Готово…
Все четверо, стараясь не привлекать внимания, то и дело поглядывали на преподавательский стол. Вот перед Амбридж появилась знакомая розовая чашка. Гарри затаил дыхание: а ну, как догадается? Но, похоже, не догадалась, спокойно выпила свой чай. Зато Снейп, вяло ковырявшийся в своей тарелке, вдруг поднял голову.
— Он заметил, — прошептала Гермиона.
— Как он мог заметить? — возразил Гарри, однако с тревогой посмотрел на зельевара. Похоже, действительно профессор что-то почувствовал, потому что крайне подозрительно разглядывал кружки на столе.
— У амортенции специфический аромат, — зашептала Гермиона. — Он, наверное, услышал запах.
— Да всё равно, — Гарри махнул рукой. — Она уже выпила.
— И зелье уже действует, — добавил Невилл. — Смотрите.
Глазки у Амбридж вдруг масляно заблестели, протянув руку, она погладила рукав мантии Снейпа и что-то проворковала ему, сладко улыбаясь. Слизеринский декан словно окаменел, потом вдруг сорвался с места и исчез за дверью для преподавателей. Амбридж ошеломлённо заморгала и кинулась вслед за ним.
— Я не могу это пропустить, — пробормотал Гарри и, вскочив, бросился к выходу из Большого зала.
— Зря он это, — покачал головой Невилл, удерживая готового сорваться с места Рона. — Рано или поздно, Снейп поймёт про амортенцию, всё-таки он Мастер зелий. И если он заметит Гарри, сразу догадается, в чём дело.
***
Амбридж загнала Снейпа в угол между окном и колонной и, ласково поглаживая его по плечам, что-то невнятно шептала. Гарри увидел дикий взгляд зельевара, не выдержав, расхохотался и тут же зажал себе рот руками, но было поздно: Снейп заметил его, растерянность в его глазах сменилась пониманием, и Гарри понял — у него неприятности, причём, судя по ярости, мелькнувшей на лице профессора, неприятности крупные.
Подхватив под локоть повисшую у него на шее, совсем обалдевшую от амортенции директрису, Снейп уволок её в свои подземелья, бросив на Гарри многообещающий взгляд.
Позже, сидя на занятиях, Гарри вспоминал этот взгляд и невольно ёжился: ничего хорошего ему явно не светило. Одно ободряло: зельеварение только в конце недели, может, Снейп остынет за это время, тем более, что Амбридж уже пришла в себя, вон, опять вещает про важность теории над практикой — видимо, Снейп влил в неё противоядие, отменяющее действие амортенции. Теперь главное — до конца недели не попасть зельевару на глаза.
***
