Она посмотрела на небо без облаков, чистое, светлое. Оно пряталось от нее за сухими ветками, но даже кусочки этой голубизны вселяли надежду. Ева натянуто улыбнулась, вспомнив про зрителей, расправила плечи и послала в небо воздушный поцелуй. Надев часы, нажала кнопку «старт», и перед ней молниеносно вспыхнула виртуальная тропа… и тут же погасла, словно сломались приборы, которые создавали проекцию.
Ева нажимала на часы, но больше дорожка не появлялась.
– Что-то сломалось! – крикнула Ева. – Я не вижу тропу.
Никто не ответил, а экран часов показывал только 9:12 утра. Время двигалось вперед, без остановки, без изменений, всегда и в любой точке мира. Значит, и Ева должна двигаться и быть собой, как время, в любой точке континента.
Она не привыкла сидеть и ждать помощи. Никто не поможет – это она усвоила с самого детства.
«Что у меня есть? Ничего, как всегда. Справлюсь», – усмехнулась она сама себе и пошла вперед по тому следу, что успела запомнить.
Когда Ева обошла канавку и побрела по наитию, не зная, куда двигаться дальше, по телу прошел слабый разряд тока. Она вначале опешила, подумав, что куда-то наступила или вновь оказалась в ловушке. Оглянулась по сторонам: вокруг были только корявые безжизненные стволы. Тогда Ева поняла, что ток шел от часов. Когда она остановилась, разряды тоже затихли. Возможно, это было предупреждение. Ева сделала еще шаг, и вновь по руке прошел слабый импульс. Развернулась, сделала несколько шагов – и вновь еле ощутимые удары. Ева выбрала следующее направление, и разряда не последовало.
«Вот, значит, как часы указывают путь», – хмыкнула Ева, выискивая аппаратуру для проекций. Если она найдет приборы, то будет следовать по ним. И она находила, но далеко не все. Проекторы были такими мизерными, а мест, где их можно спрятать, оказалось слишком много. Зато стоило Еве отклониться от неизвестного ей маршрута, удары тока настигали ее. И с каждым неверным поворотом разряды становились сильнее и сильнее. Через какое-то время Ева вздрагивала от боли, пронзавшей все ее тело. Мощные удары сгибали ее пополам, заставляя хватать ртом воздух. Но она сжимала зубы и двигалась вперед, выискивая нужный маршрут.
После очередного удара, от которого Ева рухнула на землю в конвульсиях, она стянула часы с запястья. Они тут же вырубились.
«Вот черт! Черт, черт, черт. Уродские острова, мать их! Не могу больше», – злилась Ева, сжимая и разжимая пальцы, запирая в себе крик боли и отчаянья. Она знала, что нужно терпеть, как и всегда. Что нельзя выйти из игры, которая еще даже не началась.
«Что же тогда будет дальше?»
Ей хотелось вопить до хрипоты и бежать отсюда со всех ног. Но вместо этого она закрыла глаза и стала убеждать себя, что должна забыть о боли и сражаться до последнего. Ради него или, скорее, ради себя. Почему в этот раз у нее не получалось наслаждаться болью, как она умела на ринге? Потому что она не могла ответить, дать сдачу? Или потому что она ни на что не способна и эта игра оказалась ей не по зубам, ведь внутри она сдалась, как только открыла глаза в этом лесу?
«Ни за что! Этого не будет!» – разозлилась на себя Ева и вернула часы на запястье. Она умела бесить себя, да так, что начинала неистово доказывать что-либо себе и другим. Ева встала и осмотрелась. Каждый шаг мог принести дикую, неописуемую боль. Но остановиться – значит проиграть. Этого она позволить себе не могла.
Ева осторожно двинулась к сваленному дереву, тяжело дыша, но при этом натягивая на лицо улыбку. Обогнула его и замерла. Впереди была странная неглубокая канава. Она приглядела к деревьям, окружавшим склон, но проекторов с ее места не было видно. Ева сглотнула и повернулась влево. Сделала шаг, и ее скрючило от нового разряда. Внутри все сжалось, тело окаменело, воздуха не хватало.
– Дьявол, дьявол, дьявол! – завопила она, выплескивая эмоции.
Ева прошлась языком по сухим губам и попыталась сглотнуть. Ей нужно было отключиться от боли, не дать страху преградить ей путь.
– Это навигатор, и он ведет меня к цели, – сквозь сжатые зубы прошептала Ева. – К домику с цветными стеклами. К Марку. Это я виновата, что он пропал. И я должна его найти.
Она задержала воздух в легких, выдохнула, повернулась вправо от странной канавы и сделала шаг. Еще один и еще. Вскоре за несколькими неровными рядами стволов Ева увидела прогалину, а за ней мелькало что-то зеленое. Это казалось манящей ловушкой. Но Ева не почувствовала новых разрядов. Она засмеялась.
