Минато раздражённо щёлкнул языком, а Марибель сжала зубы. Да, в её предположении были лазейки, но оба осознавали, что Эрика оставила их специально, чтобы безнадёжнее впутать жертв в свою паутину. На все их аргументы у неё, несомненно, уже был готов ответ. Супер Детектив хотела, чтобы подозреваемые боролись, прежде чем она раздавит их, как каких-нибудь червей, и от этого становилось гадко вдвойне. Монстр, который наслаждается страданиями отчаянно ищущих спасения жертв — такое зрелище вызывало ещё больше отвращения. Акихико не мог спокойно наблюдать, как Супер Детектив измывается над его товарищем, и язвительно поинтересовался:
— А что это сразу Арисато? Почему вы не подозреваете, скажем, Ирису? А что, она ведь тоже носит тёмную одежду и, кажется, была в столовой, да ещё к тому же вполне может иметь длинные ногти, чтобы оставить царапины на стаканчике! — саркастически заключил Супер Боксёр и раздражённо сплюнул.
Никто не воспринял его слова всерьёз. Ну разве может это прелестное пугливое создание по имени Ирису Кёко отрезать кому-то голову? Вот и сейчас Кёко под внезапным всеобщим вниманием нервно теребила юбку и опустила глаза, чтобы случайно не встретиться с кем-нибудь взглядом. Её явно пугали даже устремлённые на неё пары глаз, что уж говорить о таком жестоком способе убийства ни в чём не повинного одноклассника.
Лишь одного человека в зале суда слова Акихико заставили задуматься. Этим человеком был Ёшики.
— А действительно, почему мы не рассматриваем Ирису? — вдруг совершенно серьёзно спросил он, озадаченно нахмурившись. — Я имею в виду, что даже самые безобидные на вид до этого оказывались убийцами, так почему бы и ей не быть?
Сразу несколько пар глаз удивлённо воззрились на него. Кёко также в шоке и ужасе смотрела на Ёшики. Он вдруг почувствовал себя виноватым, глядя в эти большие красные глаза, готовые в любой момент наполниться слезами. “Кажется, я слишком грубо…” — смущённо подумал Кишинума. Тем временем попытку объяснить отсутствие подозрений в адрес Кёко сделал Марти.
— Ну-у… — протянул он, явно с осторожностью подбирая слова. — Понимаете ли, мистер Кишинума, есть некоторые… обстоятельства, из-за которых мисс Ирису вряд ли бы стала убивать мистера Ууджиму…
— Уж не из-за её ли влюблённости в убитого, Марти-сан? — насмешливо поинтересовалась Эрика.
Кёко заметно вздрогнула, а затем низко опустила голову, стараясь скрыть покрасневшее от смущения лицо и предательски заполняющиеся слезами глаза. В то время как те, для кого это стало новостью, не могли оторвать шокированных взглядов от Ирису, Марти тяжело вздохнул и красноречиво закатил глаза. Дэймон же закрыл рукой лицо и мрачно пробормотал:
— Да, Фурудо-сан, похоже, понятие тактичности вам совершенно незнакомо…
— На самом деле, в моём списке основных подозреваемых сейчас находятся трое, — продолжила Эрика как ни в чём не бывало. — Арисато-сан, Ирису-сан и Хан-сан. Вот только я никак не могу определиться, кто именно из них — убийца, — Эрика игриво усмехнулась, словно её совершенно не трогало происходящее.
— Да нет, вряд ли это Ирису… — пробормотал Ёшики, всё ещё смущённый тем, что из-за него все узнали о чувствах Кёко к Сатоши. — По-моему, то, что она не могла убить любимого человека, звучит достаточно убедительно.
— Может быть… — проговорила Хитаги, оценивающе разглядывая новоявленную подозреваемую. — Но к её кандидатуре подходит очень много улик из списка, как правильно заметил Санада-сан. А что до любви… Вон, Кано-сану его “дружба” с Кисараги-саном не очень-то помешала его убить.
— Хитаги! — укоризненно вокликнул Дэймон, уперев руки в бока. На виноватый взгляд сестры он строго покачал головой и произнёс: — Неужели ты решила совершенно проигнорировать чувства человека? Ты хочешь уподобиться Фурудо-сан и видеть во всех людях преступников? И вообще…
Вдруг Дэймон осёкся, поражённый внезапной догадкой. “Да нет, не может этого быть!” — твёрдо сказал он сам себе, тряхнув головой. Вот только когда его посетило это предположение, мечник уже не мог перестать думать о нём; и чем дольше он думал, тем прочнее в нём укоренялась убеждённость в верности этой пугающей догадки. От ужаса осознания Дэймон весь побледнел, и его конечности задрожали.
— И вообще..? — повторил его последние слова Марти, ожидая развязки. Как ни странно, на этот раз он оказался в лагере тех, кто был готов защищать подозреваемого. В его голове просто не укладывалось, что влюблённая девушка может так жестоко убить объект своего обожания.
Дэймон опустил руки. Картинка очень хорошо складывалась в его голове, но принять эту правду было для него слишком сложно. Дэймон тупо уставился в одну точку на полу, не в силах сфокусировать взгляд на чём-то осмысленном. Мрачным тоном, Супер Мечник хрипло заговорил:
