Не поднимая глаз, он хриплым, каким-то чужим незнакомым голосом поинтересовался:
— Я разбудил тебя?
Хитаги несколько секунд удивлённо смотрела на него, прежде чем растерянно ответить:
— Нет, я не спала… Зайдёшь? — после небольшой паузы спросила она, немного собрав разбегающиеся мысли в кучу.
Марти ничего не сказал, лишь слабо кивнул. Хитаги торопливо сняла цепочку и впустила его внутрь. Пошатываясь, Марти вошёл, всё так же не поднимая головы. Хитаги жестом пригласила его сесть на кровать, и он молча воспользовался этим предложением. Опустившись на край заправленной постели, Марти буквально застыл, глядя в пол. Хитаги с обливающимся кровью сердцем рассматривала его. За эти три дня, что она его не видела, барабанщик словно постарел на несколько десятков лет. Его кожа приобрела какой-то пугающий сероватый оттенок, на осунувшемся лице резко выступали скулы, а потемневшие глаза будто запали — теперь он казался даже уродливым. Усугубляла впечатление и манера держаться. Марти перестал держаться прямо, отчего на его спине появился горб, и даже сквозь одежду чётко выделялся позвоночник. Худоба больше не была милой изюминкой — теперь она ещё сильнее роднила семнадцатилетнего парня с ссохшимся стариком. Хитаги отвела взгляд, чувствуя, что не в силах больше выносить это зрелище, но в тот же момент поняла, что ничтожный вид Марти навсегда ясно отпечатался в её памяти.
Марти впервые за вечер поднял глаза на стоящую у стены Хитаги и, увидев её выражение, горько усмехнулся. От этого его лицо стало ещё более жалким. Затем он отрывисто вздохнул и тихо начал:
— На самом деле, я пришёл поговорить. Для начала, прости, что исчез, ничего не сказав…
— Не извиняйся за это, — отозвалась Хитаги. — Думаю, на твоём месте я бы повела себя не лучше.
Марти несколько секунд молчал, разглядывая её долгим оценивающим взглядом, а затем вновь опустил глаза и проговорил:
— You already know… I see…
Хитаги автоматически кивнула. Она узнала об истории в морге на следующий день за завтраком. Напрасно она ждала Марти. Тогда Дэймон подсел к ней за столик и объяснил ситуацию. В первый и последний раз после разрыва отношений с ним Хитаги внимательно выслушала мечника.
— Мне жаль, что такое случилось с твоей семьёй… — сочувственно произнесла девушка и с невесёлой усмешкой добавила: — Теперь ясно, почему ты так не хотел о ней говорить…
— That’s not it, — подал голос Марти. Затем он замялся. — То есть… That’s not the only reason… Я… Извини… — окончательно смутился он и запустил руку в волосы.
— Если тебе так сложно говорить по-японски сейчас, можешь не мучить себя: я прекрасно понимаю и английский, — проговорила Хитаги на чистом английском.
Марти поднял на неё глаза, и на его лице появилась вымученная благодарная улыбка.
— Спасибо, — тихо произнёс он.
Некоторое время он молчал, очевидно, собираясь с мыслями. Хитаги терпеливо ждала. Наконец, Марти сделал глубокий вдох и заговорил:
— На самом деле, я пришёл, чтобы рассказать, что я уже знаю о Тау. Мне эта информация больше не нужна, а тебе может ещё пригодиться.
Услышав имя Тау, Хитаги невольно напрягла внимание. Она уже давно не сомневалась, что между ней и куклой есть какая-то связь, и страстно желала выяснить её природу. “Наверняка я узнаю и то, кто я на самом деле”, — думала Хитаги. Именно поэтому ей так захотелось услышать, что хочет сказать Марти — каждая крупица информации приближала её к ответу на главный вопрос.
Марти не обратил внимания на её повышенную заинтересованность. Он просто продолжал:
— Я не знаю, кто она такая и какие точно преследует цели, но я знаю некоторые её средства. Дело в том, что я знаком кое с кем, у кого она их позаимствовала. Судя по всему, Тау украла пропуск в хранилище всех историй-миров у фамильяра ведьмы — Урсулы Октавиан.
— Октавиан-сан?! — удивилась Хитаги.
Марти кивнул.
— Я знаком с её хозяйкой — Эрикой Октавиан, а также с хозяйкой Амели — Юджиной, — продолжал он. — На самом деле, мы с братом и сестрой часто бывали у них. Когда однажды что-то случилось с Рэм и Уиллом и они не проснулись, я обратился именно к сёстрам Октавиан. Особенно я надеялся на Эри — мало того, что Рэм была её подругой, так ещё и она сама довольно могущественная ведьма и имеет связи в их мире, в отличие от необщительной Юджины… К сожалению, надежды не оправдались. — Марти тяжело вздохнул. — Кто-то успел побывать в их измерении и украсть у рассеянной Урсулы пропуск, а в библиотеке — какой-то гримуар, я так и не понял, какой именно. Думаю, именно с их помощью Тау воздвигла вокруг этого места тот барьер, а также затянула внутрь души всех этих людей…
— Души, говоришь? — задумчиво проговорила Хитаги. — Значит, наши физические оболочки всё ещё в своих мирах?
— Думаю, да. — Марти неуверенно кивнул. — Если она, конечно, за сотню лет этого мира не усовершенствовала технику. По крайней мере, Рэм с Уиллом… — Марти отвёл взгляд и заговорил тише. — Они будто бы в коме. Это ужасно — видеть близких людей, которые были рядом всю жизнь, в таком состоянии… А тут ещё мама и папа… — Марти резко замолчал и, дрожа, обхватил себя руками.
