Хитаги оббегала весь первый этаж, но так и не нашла того, кого искала. “Да где же ты?!” — в панике думала она, предполагая наихудший исход, и, тяжело дыша, направилась на исследование остальных этажей. Она всё ещё не теряла надежды — по крайней мере, старалась.
“К тому же, я хочу извиниться за своё поведение уже здесь. Ты знаешь (хоть и, скорее всего, ещё этого не помнишь), что ты самое дорогое для меня в этом мире. И, когда ты очнулась здесь, растерянная и напуганная, к моему стыду, ты показалась мне очень милой и беззащитной. И… В общем, мне понравилось то, как ты от меня зависишь. Но в какой-то момент я осознал, что пытаться оградить тебя от общения с такими людьми, как Марти и Эрика, совершенно бессмысленно. Да и делать тебя “правильной” глупо. В конце концов, я люблю тебя именно такой, какая ты есть на самом деле. В общем, прости меня за мой эгоизм”.
Нет.
Его нигде нет.
Она обыскала уже четыре этажа, и до сих пор не напала на след нужного человека. Хитаги всё больше и больше охватывала паника, близкая к истерике. Она уже не в состоянии была нормально соображать, ведомая лишь одной мыслью: “Найти, во что бы то ни стало!” И она упорно продолжала искать. Исследовать каждый уголок очередного помещения, надеясь увидеть уже привычный облик родного человека. Надеясь без лишних слов обнять его, забыть о напрасных подозрениях, лишь бы он был рядом. “Пожалуйста, пусть твоё чутьё ошибётся!” — молила она, чувствуя, что вот-вот расплачется.
“Почему я пишу тебе именно сейчас? Наверное, это из-за моего предчувствия. Понимаешь, сегодня мне весь день кажется, что со мной должно случиться что-то плохое. Может, я даже стану следующей жертвой… Короче, я не мог оставить всё так, как есть. Мне нужно было излить душу, и вот настал подходящий момент. Надеюсь, я просто ошибаюсь. Извини, если причиняю тебе лишнее беспокойство”.
Хитаги вся взмыленная добежала до лестницы на крышу. Её ноги подкашивались, когда она поднималась к двери. “Пожалуйста, пожалуйста…” — мысленно повторяла она, стараясь привести в порядок дыхание. Наконец, она подошла к двери и дрожащими руками взялась за ручку. “Умоляю…” — слабо прошептала она и, зажмурившись, резко распахнула дверь.
В лицо ударила волна холодного ветра, но Хитаги мужественно выстояла и осторожно раскрыла один глаз. На улице стояла метель, так что сложно было разглядеть что-то даже на расстоянии вытянутой руки. И всё же Хитаги заметила подозрительное тёмное пятно в углу крыши. Она открыла уже оба глаза и неверными шагами медленно приблизилась к нему. Ей мешали глубокие сугробы, колючие снежинки, летящие в лицо, тяжёлый воздух, которым было невозможно дышать, но она упрямо шла вперёд. Она была тут в последний раз в день смерти Супер Боксёра, и в её сердце теплилась смутная надежда, что “пятно” появилось за то время, что она не посещала этого места.
Надежды рухнули в один миг. Внезапно ветер ослаб, снег стал реже, и перед Хитаги открылась вся картина произошедшего, вся истинная ужасающая природа “пятна”.
В углу, возле забора, лежал Дэймон. Вся его поза казалась неестественной, он выглядел, как брошенная изломанная кукла. На его иссиня-белом лице застыло выражение мучительной боли, а на щеках — маленькие бисеринки слёз. Остекленевшие изумрудные глаза смотрели в небо, отражая снежинки на фоне густых чёрных облаков. Безвольное тело, похоже, лежало тут довольно давно: его уже слегка припорошил снег, окрасившийся в багровый в местах ужасных ран. А органы, которым положено быть внутренними, были вытащены наружу через огромный разрез в животе.
Хитаги несколько секунд в оцепенении смотрела на труп. Затем её будто покинули все силы: она упала на колени и, не отрывая от Дэймона полного отчаяния взгляда, только и вымолвила:
— Дея…
“В любом случае, спасибо, что всё это прочитала. Надеюсь, мои переживания напрасны, и ты вспомнишь, какие нас связывали отношения. А пока, я всегда буду рядом, если тебе понадобится помощь.
Твоя любящая старшая сестра,
Орхидея”.
И, как она и предсказывала, следующей жертвой стал Хицугири Дэймон, Супер Мечник, также известный как Орхидея.
Комментарий к lastendconductor
Коротко о части: всеобщее отчаяние.
U.N.Owen was her, или история об ОМП, который на самом деле ОЖП.
И Эрика, Эрика появляется целых два раза!
Небольшое пояснение по поводу письма: Дея использует нейтральное местоимение, поэтому по содержанию нельзя понять, является ли автором мужчина или женщина. Но поскольку в Великом и могучем такого варианта нет, все спорные моменты я решила написать от мужского лица. На всякий случай.
========== resurrectedreplayer ==========
Холод, пробирающий до самых костей. Тяжёлый морозный воздух, которым невозможно дышать, если хоть на мгновенье сбиться с изначального ритма. Острые мелкие снежинки, норовящие залететь за шиворот и растаять от соприкосновения с тёплым телом. Сырость снега, осевшего на голове, спине, плечах, шее.
