— Давайте лучше, как обычно, чайку? — предложила она, поднимаясь. — Эри недавно пыталась напоить меня, но вкус меня совершенно не впечатлил.
Её братья также поднялись со своих мест. Марти с усмешкой пожурил её, качая пальцем:
— Какая ты нехорошая девочка, Рэми! Тебя угощают, а ты не делишься с братьями…
— Меня больше волнует, что мою младшую сестру пыталась споить подозрительная ведьма из другого мира… — пробормотал Уилл.
Марти в два шага оказался рядом с ним и, ловко пихнув того в бок, лукаво заметил:
— А ты мог бы поговорить со своей девушкой, чтобы таких прецедентов не повторялось, а, Уиллард? Кстати, как там у тебя с ней дела?
Уилл вздрогнул, а затем смущённо отвернулся. Марти беззлобно посмеялся. А Рэм тем временем вышла из комнаты, чтобы заварить чай. “Всё просто не может быть лучше”, — думал тогда Марти.
***
Портал закрылся за его спиной с характерным звуком, и Марти ступил на блестящий мраморный пол, вопреки своему виду, совершенно не скользкий. Обычно, приходя сюда, он некоторое время в лёгком смущении стоял на месте и просто оглядывал высокие стены светлых помещений, непременно выкрашенные в мягкие тёплые цвета, так подходящие хозяйке здания. Но сейчас он решительно направился прямо в столовую — место, где большую часть времени находилась молодая по меркам высших существ ведьма (по крайней мере, так было, когда Марти приходил сюда).
Бросив на ходу неразборчивое приветствие встретившейся на пути Урсуле, Марти дошёл до дверей столовой и резко распахнул их. Громкий звук привлёк хозяйку, и Юджина, сидящая за дальним концом стола, подняла голову. С привычной радушной и в то же время смутно печальной улыбкой, которую в обычной ситуации Марти счёл бы очень привлекательной, она поприветствовала гостя. Но, встретившись с ним взглядом, Юджина осеклась на полуслове и насторожилась.
Марти выглядел крайне встревоженным: он тяжело дышал после бега, его тело била дрожь от нервов и усталости, светло-серые глаза помутнели. Он взглянул на Юджину с болезненной мольбой и безо всякого предупреждения, задыхаясь словами, в панике заговорил:
— Что-то случилось! Что-то странное произошло с Уиллом и Рэм… Ещё вчера всё было нормально, а сегодня они просто не проснулись! Они словно… мёртвые. — От этой фразы его передёрнуло, настолько пугала его эта мысль.
С каждым его словом Юджина бледнела всё больше. У неё словно погасили улыбку, и губы сжались в тонкую линию, а глаза с опущенными уголками, обычно так ласково прищуренные, расширились от ужаса. Марти прекрасно осознавал причину её беспокойства: за короткий промежуток времени, что они встречались, она действительно всем сердцем полюбила Уилла, её чувство эволюционировало из симпатии и переросло в нечто серьёзное. И, конечно же, Марти не мог не понимать, как сильно напугает Юджину весть о случившимся бедствии. Вот только именно её отношение к его брату и заставило Марти обратиться к ней. Он надеялся, что Юджина и Эрика, имеющие некоторые знания и даже связи в мире магии, помогут разобраться в странном феномене, произошедшем с довольно близкими им людьми.
Тем временем в обеденном зале появилась и вторая обитательница этого небольшого мира — как всегда с шумом и аурой жизнерадостности. Вот только её беспечность тут же улетучилась, когда она заметила состояние своей старшей сестры и гостя.
— Что-то случилось? — спросила Эрика, заложив руки за спину и склонив голову набок. Её брови были слегка нахмурены, выражая озадаченность и лёгкую тревогу.
Марти принялся торопливо повторять своё объяснение ситуации. Эрика с таким несвойственным ей серьёзным выражением лица выслушала его, а затем понимающе кивнула и громко позвала:
— Урсула!
Кукла ведьмы явилась в мгновение ока. На её лице читались немой вопрос и волнение. Эрика взмахнула рукой и, подобно какому-нибудь генералу отдала приказ:
— Урсула, сходи в Книжный город за историей мира вот этого парня, — она кивнула в сторону Марти, который на это нервно сглотнул, и, погрозив пальцем, предостерегла: — И смотри, ничего не перепутай! Это вопрос жизни и смерти моей подруги и парня Джи, так что…
— П-поняла! — решительно отозвалась Урсула и принялась что-то нашаривать у себя под фартуком.
