Далее следовало ещё одно тёмное море. Вот только его, в отличие от предыдущих, заполняли совершенно жуткие образы: со стен на пленников академии глядело множество красных глаз. Едва завидев их, Марибель побледнела. Именно эти картины уже столько времени терроризировали её в кошмарах, и теперь они перешли в реальность. “Нет-нет, мне нельзя поддаваться! — твёрдо сказала себе Марибель. — Тау пытается напугать меня этим, подавить меня… Нельзя так просто идти у неё на поводу!” И всё-таки тревога уже поселилась в её сердце.
Бездна со стены напротив трона Тау заставила почувствовать себя неуютно Эрику. Детектив до сих пор чувствовала двойственность своего положения: с одной стороны, Тау явно была готова с ней сотрудничать; с другой же, эта кукла не упускала возможности задеть её так же, как всегда старалась задеть остальных своих пленников. Вот и сейчас стена за спиной Эрики изображала вихрящееся фиолетовое море осколков, полное полупрозрачных кристаллов и зелёных огоньков — кошачьих глаз. Такое явное напоминание о прошлом доставляло Эрике дискомфорт.
Следующий отсек представлял собой большую металлическую пластину, сочетающуюся с колоннами. Её вид был довольно футуристическим, словно ученики попали в какую-то закрытую лабораторию, что тоже не добавляло им уверенности и боевого настроя.
Соседний ему отсек был, как и несколько других, чёрным. Только его делала таковым не бездна тьмы — на стене был нарисован клубок чёрных змей, угрожающе блестящих своими красными глазами. Их чешуя выглядела жёсткой, а красные раздвоенные языки у многих были высунуты. Они будто готовы были в любой момент впиться клыками в плоть пленников академии, чтобы впрыснуть под кожу яд, вызывающий медленную и мучительную смерть.
И, наконец, отсек за спиной Ёшики изображал какое-то ветхое здание школы. Оно было настолько старым, что, казалось, вот-вот развалится. Трухлявые парты и гнилые доски пола, во многих местах провалившиеся, заливал свет сверкнувшей в окне молнии, пойманной художником. Ёшики не мог объяснить почему, но это изображение невольно вызывало у него больше всего беспокойства. Он словно чувствовал, что эта старая школа угрожает именно ему.
Тау с удовольствием оглядывала лица своих пленников, наслаждаясь их волнением. Однако едва он обратила внимание на расслабленную улыбку Хины, она тут же помрачнела, у неё словно выключили ухмылку и лукавый прищур. Тау несколько мгновений приходила в себя от разочарования, а затем откинулась на своём троне и, прочистив горло, торжественно начала:
— Итак, дорогие ученики! Сегодня мы собрались здесь, чтобы расставить все точки в истории вашего класса. В такой ответственный момент я просто обязана ещё раз напомнить вам правила нашей сегодняшней игры. Ваша задача — в ходе обсуждений верно определить преступника, которого я загадала в данной истории. Вы имеете право пользоваться всеми обычными методами рассуждений, кроме подсказок Детектива-сан — она здесь на правах наблюдателя. — Тау с ухмылкой взглянула на Эрику. Та лишь хмыкнула. Тогда кукла продолжала: — Если вам удастся выявить истинного убийцу, я, как и обещала, выпущу вас в ваши миры. Если же нет… — Тау театрально сделала паузу и жестоко улыбнулась. — Пеняйте на себя. Что ж, постарайтесь! — тут же воскликнула она с самым невинным выражением на лице. — Можете приступать!
Одноклассники переглянулись. Первой слово взяла Хитаги, которой не терпелось побыстрее прийти к ответу — у неё были свои соображения насчёт возможных действий Тау после выяснения личности “преступника”, и она хотела убедиться в их справедливости.
— Итак, думаю, логично начать рассуждения с сужения круга подозреваемых, — проговорила она.
С её словами было трудно не согласиться. За дело принялся Минато.
— Так, стоит вспомнить, есть ли у кого-нибудь алиби, — начал он и принялся методично перечислять: — Для начала, по сценарию Тау невозможно узнать достоверно, где были двое из присутствующих в этом зале. — На этих словах на его лице на мгновение отразилось раздражение, а Ёшики недовольно хмыкнул, косясь на довольную Тау. — Также из побывавших в столовой непонятно где в момент выстрела были Моришиге, Кано и Кисараги. Нельзя проверить и слова Ууджимы и Уширомии. Остальные же либо постоянно были на виду у кого-либо из одноклассников, как Хицугири-сан, например, либо их видели в какой-то момент незадолго до выстрела, как Хан-сан.
— В итоге список самых подозрительных таков: ты, я, Моришиге, Кано, Кисараги, Ууджима и Уширомия, — подытожил Ёшики.
Минато в ответ на это кивнул.
— А если принять во внимание место преступления, то самыми подозрительными выглядят последние двое, — вставила Хитаги и пояснила: — Ведь они были среди первых обнаруживших труп.
— И почему же это делает их подозрительнее? — не понял Ёшики.
Ответ на свой вопрос он получил от Марибель.
