Виктор подождал, пока Голый Энтузиазм не растворится в прекрасных далях и отпустил извертевшуюся Сонечку.
– Дай угадаю, – Аглая стала азартно тыкать пальцем в проходивших мимо зверей: – Ешкин кот, Сидорова коза, тамбовский волк…
– Нет, поправил ее прекрасный принц, – это Волк-в-овечьей-шкуре, а тамбовский волк во-он тот, у ворот.
– А-а-а, – протянула Аглая, увидев ворота.
Ворота были огромные, из темно-коричневого дерева с надписью: «Блошиный рынок». А прямо в воротах на проходе стояло… Это.
– Это чего?! – Аглая невольно спряталась за Виктора.
– Блоха, – ответил Виктор вместо Прекрасного Принца. – Могла бы и сама догадаться.
– Бр-р-р, – передернулась Аглая. И выглянула из-за спины Виктора. – Слушай, а чего оно там копошится?
Чудище как раз осматривало Сидорову козу, членистоногими лапками быстро перебирая ее скудную шерсть.
Виктор не нашелся с ответом, и Прекрасный принц прокомментировал:
– Проверка на вшивость. Блохи вшей терпеть не могут и никогда не пускают их на свою территорию.
Вдруг блоха истошно заверещала и перевернула козу, держа ее за задние ноги. Откуда ни возьмись набежали еще блохи и стали всем коллективом трясти несчастную козу.
– Что они делают?! – возмутилась Аглая.
– Поймали вшей, – спокойно ответил Прекрасный Принц. – Это не сидорова коза, это шпион в ее шкуре.
Одна из блох подошла к трепыхающейся козе, и резко дернула за волосы на пузе. Раздался громкий «вжжжжик», шкура козы распалась, обнажая металлического робота, из которого с визгом и писком вылезло два мелких тараканообразных чудища. Под громкое улюлюканье блох, вши с позором бежали.
– Это уже не коза, – прокомментировала Аглая, – Это троянский конь.
Блохи застегнули молнию на роботе, вновь превратив его в козу, одна из блох взяла его под мышку и куда-то понесла.
И тут из толпы выбежала, громко блея, другая такая же коза. На шее у нее болтался обрывок веревки.
– О, а это настоящая, – прокомментировал Прекрасный Принц. Коза подбежала к своей копии и наподдала ей рогами. Блошиный спецназ, расползшийся было по своим нычкам, вновь вылез и угомонил всполошившуюся козу, усадив ее на пенек и протянув пирожок.
– Пирожок – козе? – с сомнением протянула Аглая.
– Ну с капустой же! – возразил Прекрасный Принц.
После Сидоровой козы и еще пары странного вида зверушек вновь случился скандал. Началось все с того, что перед воротами воздвигся весьма объемный Господин Во Фраке. По сравнению с ним сами ворота казались маленькими и незначительными. Господин Во Фраке и попер на них таранчиком, не обращая внимания на истошно верещащих и метущихся где-то внизу блох.
Ворота затрещали, но выдержали. Господин Во Фраке подналег. Ворота затрещали громче и заскрипели на все лады.
Не знаю, за кого болели зрители, за Господина Во Фраке или за ворота, но все изрядно удивились, когда он внезапно прервал свой решительный напор, отошел и сел на травку неподалеку. Однако стоило ему повернуться к зрителям лицом, как все сразу поняли причину его внезапного отступления. На большом багровом носу Господина Во Фраке, вцепившись в него четырьмя лапками и болтаясь из стороны в сторону, висела здоровенная коричневая блоха и что-то громко ему втолковывала. До нас донеслось: «Нет, и не в западные! Вы ни в какие ворота не влезете! Может стоит выкинуть?»
– Как! – прогрохотал Господин Во Фраке. – А чем же расплачиваться?!!
Блоха что-то тихонько ответила.
– ГРОШИ?! – взревел Господин Во Фраке. – ГРОШИ?!!! ТАК КАКОГО Ж ЧЕРТА Я ТОГДА?!..
Блоха отцепилась от его носа и, аккуратно приземлившись на землю, развела лапками и что-то тихо пробормотала.
– Не обманываете? – прищурился Господин Во Фраке.
Блоха помотала головой.
– Чем докажешь?
Блоха протянула ему какую-то бумажку и ручку.
– Ого, – протянул Господин Во Фраке, – Так я у вас не первый?
Очередь двигалась, и наши путешественники успели подойти поближе, чтобы расслышать ответ блохи:
– Конечно нет. Многие копят деньги. Вообще мало кто знает, что мы принимаем только гроши. И не все верят, когда мы им говорим. Проще расписку дать, чем уговорить. Хорошо еще, что запретили сумки, а то одно время весь подход к горе был завален, ни пройти, ни проехать, мы их продавали.
– А куда деньги тогда девать? – прогудел Господин Во Фраке.
– Да прямо на землю, оставьте, в конце рыночного дня всю гору подожгут, они и сгорят. Дезинфекция! – важно произнесла блоха.
И тут Господин Во Фраке стал делать то, отчего у Аглаи и Виктора по спине мурашки пробежали. Он засунул руку в рот и вынул оттуда связку купюр. За ней на веревочке тянулась еще одна… За ней еще одна… Еще… И еще, и еще! Он все доставал и доставал, и чем толще становилась куча денег перед ним, тем тоньше становился он сам, словно сдуваясь. Наконец вместо толстого огромного Господин Во Фраке перед нами стоял высоченный, тощий как жердь Господинчик Во Фраке. Господинчик Во Фраке оправил, собственно, фрак и погрозил блохе.
– Ваше счастье, – пропищал он, – что у меня в кармашке затерялась пара грошей, а то я бы вас засудил. Как это деньги – и не принимаете! – и он легкой пружинящей походкой поспешил на Рынок.
Тут Аглая задумалась:
