— Но теперь у него все хорошо, — продолжила Райли. — За лето группа заработала приличные деньги, которые он отложил на колледж, да, у него есть кое-какие займы, но есть и небольшая стипендия, но он до сих пор ощущает себя так, будто ничего не имеет. Он не умеет замедляться и просто наслаждаться моментом. Ему кажется, что он разленится, если хоть на минуту расслабится.
Она посмотрела в мою сторону и вздохнула.
— Хуже всего то, что он продолжает извиняться за свою дерьмовую машину, за то, что проводит со мной мало времени и не может подарить мне какие-то вещи или сводить в какие-то места. Извиняясь, он шутит, типа его «Бентли» на ремонте. Но на самом деле, он все еще испытывает стыд, как и в те времена, когда был ребенком. Он не верит мне, когда я говорю, что кроме него и нашего совместного времяпровождения меня ничего не волнует, что мне больше ничего не нужно. Он теперь даже не беден. Сейчас он такой же нормальный голодающий студент, как большинство из нас.
— Где его родители? — спросила я.
— Он никогда не знал своего отца, его мама живет в Нью-Хэмпшире со своим новым парнем. У нее проблемы с депрессией, но пока она продолжает принимать прописанные ей лекарства, с ней все в порядке. В любом случае, Колби согласился со мной, когда я сказала «никаких оправданий, никаких извинений», но не думаю, что он принял это.
В ее голосе звучало поражение.
Пока она говорила, я представляла себе улыбающегося, смеющегося Колби, с которым я познакомилась прошлым вечером. Было трудно представить его, растущим в такой среде, которую она описала. Я была более чем впечатлена его успехами.
— Это удивительно, каких успехов он смог добиться самостоятельно, без чьей-либо помощи.
— Я знаю. Я просто хочу, чтобы он перестал постоянно давить на себя. Чувствую, что такими темпами, в конечном итоге это приведет к не очень хорошему результату для него.
— Думаю, он справится. — Я использовала тот же любящий тон, который использовал он, когда она говорила ему эти слова. — Просто, когда ты растешь, воспринимая вещи определенным образом, невозможно в одночасье поменять свое мировоззрение только потому, что вещи изменились. Нужно время.
— Наверно. Я просто хочу, чтобы он был счастлив, понимаешь?
— Понимаю. Это хочет каждый. — Эта банальная фраза слетела с губ автоматически.
Она слабо улыбнулась мне, а я не смогла отделаться от мысли, что Райли, жившей в такой сплоченной семье, было трудно осознать всю глубину его проблемы. Некоторые люди просто не умели ощущать беззаботность и радость. Порой вещи, которые происходили с ними раньше, делали это невозможным. Но я не знала, как объяснить это ей. Возможно, она была счастливицей, что не могла этого понять.
Когда мы доехали до ресторана, в котором работала Райли, я прочитала на вывеске, что он назывался «Капитанский стол». Мы разделили шары напополам и перенесли их в отдельный зал, который она зарезервировала для вечеринки. Это не была вечеринка-сюрприз, потому что она сказала, что Колби ненавидел сюрпризы. Но она все равно была на нервах, хотела, чтобы все было как положено.
Банкетный зал был маленьким, хотя выглядел просторным, потому что имел только три стены. Как и в большинстве других ресторанов в гавани, четвертая стена этого ресторана была из брезентового полотна, и прохладный бриз от океана разгонял застоявшийся влажный летний воздух, от которого в помещении было слишком душно.
Из всего увиденного я смогла сделать вывод, что в «Капитанском столе» вся еда была жареной и подавалась в картонных контейнерах. В целом, это было идеальным местом для Райли и Колби — красивая, но непринужденная обстановка, еще и бесплатно, потому что Райли работала здесь уже третье лето подряд.
Райли разговаривала с менеджером по поводу того, куда поставить стол, на котором будут сервированы закуски и напитки, когда я прервала ее.
— Если хочешь, я могу съездить за остальными шарами.
Она с благодарностью приняла мое предложение и протянула свои ключи.
Вскоре, когда я уже ехала на ее машине обратно в магазин, зазвонил мой телефон. Чувствуя вину, я все же сбросила звонок. Это был Нэйт. Если бы я ответила, он бы спросил, как мои дела, а я не смогла бы сказать ему о том, что не нашла в себе смелости даже заехать на свою старую улицу. Затем он бы начал беспокоиться, снова предложил бы приехать ко мне. Я не была готова к этому разговору. Будет лучше, если я позвоню ему позже.
Когда я подошла к прилавку, тот же паренек чересчур обрадовался, увидев, что я была одна. Он даже помог мне затолкать оставшиеся шары в машину. Если честно, мне на самом деле нравилось, как выделялся один красный шар среди массы синих. Он выглядел особенным, будто олицетворял их с Колби любовь. Нужно не забыть сказать об этом Райли, когда вернусь.
