Наступила тишина, Кейн оставался в коридоре, руки в карманах, тусклый свет лампы оттенял ввалившиеся щеки, делал более глубокими глаза.
Наконец, он произнес:
– Может, я помогу?
При обычных обстоятельствах Сара отказалась бы от его помощи; ни одна порядочная женщина не позволила бы себе такой фамильярности, особенно с мужчиной, у которого столь жуткая репутация, как у Кейна, – а особенно в свете того, что случилось две ночи тому назад. Они даже словом не обменялись с тех пор, как Сара дала ему пощечину, и, учитывая, что девушка испытывала всего несколько мгновений назад, впустить его к себе в каюту было бы ошибкой…
Сара отступила на шаг и широко распахнула дверь; потупив взор, она ждала, когда Морган войдет. Как всегда, его присутствие вызвало в ней знакомую дрожь. Он вошел, и, стоя к нему спиной, Сара улыбалась, испытывая действие сладостной отравы желания, распространяющейся по ее телу. Она чувствовала покалывание. У нее сперло дыхание. Она ощущала себя… живой.
Сара закрыла дверь и повернулась к нему. Морган смотрел настороженно. Одной рукой девушка подняла косу, медленно повернулась к нему спиной и склонила голову вперед, позволяя ему застегнуть платье. Морган коснулся ее не сразу и робко, пальцы его путались в застежках. Его запах – смесь жаркого мужского дыхания с легким запахом виски – окончательно смутил ее чувства. Если Морган схватит ее сейчас, сожмет в объятиях, что Сара будет делать? Как отреагирует?
– Готово, – раздался его голос.
Сара отпустила волосы и повернулась к нему, откидывая голову и вглядываясь в его лицо, надеясь уловить его мысли. Боже праведный, что сталось с ее чувством собственного достоинства? Единственное, о чем Сара способна была сейчас думать, это о том, как чудесно было бы, если бы он ее еще раз поцеловал.
«Пожалуйста, – думала она, – ну пожалуйста же, поцелуй».
Морган долго смотрел ей в глаза; ресницы его подрагивали, он перевел взгляд на ее губы, а у самого один уголок рта пополз вверх. Потом он направился к двери.
– Я провожу вас к ужину. Вы ведь сегодня с капитаном столуете… Ведь так, милочка?
Пароход качнуло, и гул моторов, казалось, на миг прервался. Сара ухватилась за подвесную койку, не сводя с него глаз. Она испытывала одновременно ярость, обиду, разочарование. Значит, Морган не врал, когда говорил, что единственная причина, по которой он схватил ее, поцеловал, тронул, была напугать ее, отучить мешкать в темноте, когда кругом подонки. Он вовсе не хотел Сару! Девушка испытала унижение. Почему? Господи, это в какую же женщину она превращается?
Весь ужин Морган наблюдал за Сарой, сидя за своим столиком у двери. Тарелку он отодвинул и целиком сконцентрировался на бутылке теплого вина, оставлявшего горечь во рту и клонившего в сон. Напротив сидел Генри и что-то говорил о Сантареме, каким он запомнил его в последний раз, когда там было сильное наводнение. Морган был не настолько не в себе, и не настолько пьян, чтобы не понимать, что пытается сделать его друг. Генри делал все возможное, чтобы отговорить Моргана от решения избавиться от Сары, но у него ничего не получится. Чем быстрее они разделаются с девушкой, тем лучше – причем, для обоих. Сара занимает слишком много места в его мыслях. Моргану надо бы готовить себя к предстоящей встрече с Кингом. А он пока что не уделяет этому должного внимания, да и не хочет, поскольку это означало бы встречу с отрезвляющей действительностью, с фактом, что дни его, вероятно, сочтены. И если тогда, лежа в поту и мучась от кошмаров и презрения к себе в крысиной дыре в Табакко-роуд, ему казалось, что ни черта он смерти не боится, то теперь вдруг обнаружилось, что ему дорог каждый новый день и что его одолевают мысли о том, как хорошо было бы осесть и обзавестись семьей. А что, если Морган и впрямь вырвется из Жапуры живьем? А что, если он и впрямь утащит оттуда столько золота, что в состоянии будет сделать достойное предложение?.. Вот только кому?
Да кого он обманывает? Он же ничего не смыслит в семейной жизни. Что требуется от мужа? От отца? Он же об этом понятия не имеет. И все равно видит в мечтах, что у него есть дом, жена, дети. И жена любит его, невзирая на его прошлое…
Постепенно столовая «Сантоса» опустела, остались только Сара с капитаном и Морган с Генри. Было уже поздно, и хотя Морган чувствовал, что обычная бравада Саре сегодня не дается, капитан этого совершенно не понимал. Наконец Генри вздохнул и поднялся из-за стола.
– Оставляю тебе почетное право проводить даму до каюты, если наш добрый капитан когда-нибудь соизволит ее отпустить, – сказал он, взглянув последний раз на Сару, и удалился. Морган снова погрузился в ожидание.
Он закурил, налил себе еще бокал вина и поглубже уселся в кресле. Потом прикрыл глаза и стал слушать, как звучит, повышаясь и понижаясь, голос Сары, но слов не различал. Иногда раздавался гулкий хохот капитана, Морган открывал глаза и видел в ореоле свечи застывшую Сару, скромно опустившую щеку на ладонь и, казалось, зачарованную словами кавалера. Однако…