Запоздало подумалось, что он вряд ли ждал от неё такой открытости и желания касаться первой, что легко сможет на густеющем в воздухе магнитном поле ощутить её напряжение и спросить, в чём дело. Положив голову ему на плечо и прикрыв веки, Лора ждала неудобных вопросов, на которые совсем не хотелось отвечать. Но вместо этого его пальцы нежно скользнули вдоль её предплечья, уколов будоражащими мурашками. А затем до носа добрался запах какой-то знакомой сладости, и, открыв глаза, она увидела, что Рик протягивал ей розоватый кусочек засахаренного лукума. Машинально захватив угощение в рот, Лора задержала за запястье его отодвигающуюся руку и совершенно бездумно сомкнула губы на кончиках пальцев, слизывая остатки сахарной пудры.
Кажется, в этот момент на кухне не дышал никто. И не думал уж точно: на языке таял вишнёвым пряным удовольствием лукум, в живот ухнул комок оглушающего жара. А то, как прерывисто выдохнул Рик на её кошачью выходку, разжигало ещё больше азарта. Она мягко прикусила напоследок его палец, едва сдерживая коварную улыбку. Успела лишь поймать прожигающий взгляд, прежде чем оказалась в кольце его рук, прижатая бёдрами к разделочному столу: даже не осознала, как. Он тут же накрыл её губы, съедая остатки сладости, которой она готова была делиться. Магнитная аттракция полностью захватила контроль над её телом и ударила слабостью в колени. Ладони скользнули на шею Рика, притягивая его ещё ближе. Уверенный поцелуй легко вышиб все волнения из головы, занял каждый вибрирующий нерв. Лора сама пыталась поймать ещё больше ласки, греясь о приятно твёрдый торс. Льнула к нему всё тесней, пока его учащённый пульс не отдал по её рёбрам.
А ведь он сразу понял, что был сейчас ей нужен. Не «как ты», не «что случилось». А крепкие руки на талии и губы, уничтожающие и без того слабые сомнения. Она останется. Потому что вместе они могут всё.
– Сладкое всегда помогает, правда? – прошептал Рик, уходя медленными, распаляющими поцелуями на её скулу, и каждый из них вспышкой сбивал дыхание.
– Лучший доктор в моей жизни, – улыбнулась она, растворяясь в его касаниях. Успевшими ненавязчиво забраться под ткань халата ладонями, невесомо оглаживающими бёдра. Хотелось мурчать от того, как пульсировало всё её тело в ответ, как он смог вызвать правильную и естественную реакцию, а не будить страхи. Приучил к себе, подобно дикому зверьку, готовому лакомиться с его рук. Она действительно испытывала жажду продолжения, вчера лишь успевшую мелькнуть, но сегодня с неспешной решимостью нового поцелуя занявшую все мысли и желания. Вплавиться в него. Ничего правильней и быть не может.
Со второго этажа донёсся нарочито громкий хлопок двери спальни: тактичная Кэт наверняка решила так предупредить их о своём приходе. Не без сожаления оторвавшись от Рика, Лора поймала его взгляд и туго сглотнула. Глаза умирающего в пустыне без капли воды, который нашёл оазис. Обещающие выпить каждую каплю влаги, какая попадётся.
– Кажется, есть вишню с полицаем становится моим девизом, – она спешно поправила подол халата, чувствуя, как сильно стучало под рёбрами и как пылала даже шея. Смотреть на неё с таким голодом точно было противозаконно.
– И я совершенно не против, – вздохнув, Рик отодвинулся на приличное расстояние, и только на миг застрявший в ложбинке её груди прощальный взгляд выдавал сгорающие внутри него точки кипения. – Не будем смущать Кэтрин, ей и так не позавидуешь.
Он вернулся к приготовлению завтрака, без сгоревшего омлета состоявшего из стопки бутербродов с сыром и тарелки с пышными булочками. Лора принялась помогать, доставая кружки и сгущённое молоко – суета была чуть преувеличенно неловкой, будто для Кэт, шаркающими шагами плетущейся по лестнице, они усердно играли свои приличные роли. Стараясь лишь никак не соприкасаться, потому что ещё не утихшая вибрация под кожей молила сорваться.
– Доброе утро, – едва отодвинув от себя эти мысли, Лора обернулась, с участливой улыбкой встречая подругу. Тут же ощутила отрезвляющий укол жалости: такой она никогда её не видела. Собственная футболка висела на её тощем теле, как на колу, а кое-как собранные в хвост волосы казались безжизненными сосульками. Обычно кукольно-милое личико припухло, под глазами залегли глубокие тёмные ямы. Большого труда стоило не выдать своих эмоций, прикрыв виртуозной ложью: – Выглядишь уже лучше. Чай или кофе?
– Давай только без этого, ладно? Я выгляжу как дерьмо и знаю это, – сиплым и очевидно сорванным ещё вчера голосом пролепетала Кэт, обессиленно рухнув на ближайший стул. – Если нет ничего покрепче, то лучше кофе. Чёрный.
