Игра трех королей полностью

Лора не успела остановить ни поток мыслей, ни резко взмокшие пальцы. На этот раз ответ задержался чуть дольше, и она услышала шорох за стенкой. Рукой подать. Резко сев на кровати, она залпом допила оставшуюся в стакане на тумбе воду. Почему, почему так важно это знать, что уже нечем дышать и никуда не деться от обдавшего грудь желания вновь нырнуть под излучаемый им безопасный кокон, дающий чувство полного всесилия.

R: Зайди и посмотри сама.

Зайди и посмотри. Что будет? Будет ночь, крепкие руки и чужая постель – только дразнить, ведь знает, что не получится ничего. Что тело привычно обратится в камень, как под действием глаз Медузы Горгоны, а от касания воскреснет в голове самое ненавистное лицо, которое всегда наблюдала исключительно с колен. Ночной кошмар оживёт, пнёт в живот и убьёт любые мысли, кроме той, что она ничтожество. Прокажённая, грязь, налипшая к чужим ботинкам. То, в чём её так долго уверяли, и что удалось перешагнуть всего лишь с одним человеком. Ровно настолько, чтобы понять, как ей чужды понятия о желаниях, описываемых в книгах. Может быть приятно. Может быть никак. Но хорошего никогда и ничего не будет, не для неё.

А рушить то безумно хрупкое и кажущееся таким важным трепещущим в ладонях ростком отчаянно не хотелось.

L: Спокойной ночи, Рик, – отправила Лора последнее сообщение и раздражённо сунула телефон под подушку, снова падая в кровать. Но промедление вышло ещё большим, чем у него, и от мысли, что он понял её сомнения, дышать стало ещё трудней.

R: Спокойной ночи, Лора.

Она была уверена, что не уснёт в чужом доме, со всеми этими долбящими в затылок идеями всё-таки встать и заглянуть в его комнату хотя бы ненадолго. С фантазиями о том, в каком виде он ложился спать сам, и как выглядит остальное его тело… Ранение в лопатку – наверняка шрам. Может, есть и тату. От нервов зачесалась собственная хищная пантера под ключицей, её маленькая хранительница с зажатой в зубах цепью. Той цепью, которую разгрызла с таким трудом и не готова была отдавать ошейник хозяину, способному приструнить любого бешеного пса.

Последнее, о чём Лора вспомнила, проваливаясь в сон: то, как в продиктованном адреналином жесте Рик закрыл её собой от глаз цолл.

Он вставал без будильника в семь утра. Жизнь на автомате: годами одна марка геля для душа, стрелки на брюках, разминка из отжиманий и неизбежно подгорающие тосты. Подобно загнанному в колесо хомяку, Рик бежал ото дня ко дню, редко позволяя себе выбиваться из графика. Но сегодня весь его педантичный порядок с хлопком улетел в трубу.

На выходе из спальни он с трудом вспомнил, что разгуливать в одних пижамных штанах будет неприличным, и накинул свободную старую футболку с логотипом «Скорпов». Освежённое прохладной водой лицо в удивлении вытянулось, как только Рик подошёл к лестнице и услышал снизу какой-то негромкий стук, дополнившийся тихим строгим голосом:

– Ладно, но это последнее. Обжора, да на твоих печеньях разориться можно…

Крадучись, Рик спускался по ступеням, пытаясь обжить в мыслях тот факт, что Лора крутилась у разделочного стола в кухне – но шок вызвало совсем не возмущение таким самоуправством. А то, что фигурка в его собственной серой майке вписалась сюда так чётко, будто это норма. Ловко порхали женские пальцы и побрякивали браслеты с бирюзой, едва слышным шлепком перекинулся со сковороды на тарелку непривычно тонкий блинчик. Макс покорно сидел неподалёку и смотрел на незваную хозяйку полными раболепного обожания глазами, то и дело облизываясь. Пахло невыносимо приятно, дразня рецепторы ароматами свежего кофе, подтаявшего сыра, ветчины, овощей и зелени. Рик сглотнул моментально образовавшуюся слюну, так и не зная, что вообще сказать, и надеясь, что за стуком ножа по разделочной доске Лора не слышала его приближения и не обернётся.

Кухня словно очнулась ото сна. При жизни отца главным кулинаром был он, потом – подросшая Вики. Сам же Рик особыми умениями не отличался, привыкнув питаться овощными салатами на скорую руку или тостами. Таких умопомрачительных запахов тут не было очень давно, так шустро никто не метался от плиты к столу, успевая походя нарезать что-то и бросать из открытой пачки печенья для пса.

– Ему столько вредно, – тихо заметил Рик, не удержавшись и строго глянув на эту довольно высовывающую язык морду.

– Ой! – испуганно подпрыгнула на месте Лора, заметив его, и чуть не уронив деревянную лопатку вместе с новым блинчиком. – Прости, я… наглость, знаю…

– Продолжай, – усмехнулся Рик на эту растерянность, опираясь плечом на стену в твёрдом намерении наблюдать за невесомой магией этого утра и дальше.