– Как ни прискорбно, но это факт. Приходится переубеждать каждого, кому я поведал об этом.
– Вас не упекали в больницу?
– За это нет. Но однажды я провёл в психиатрической клинике чуть ли не всю свою жизнь. Это было моё наказание за прошлую жизнь. Скажу Вам, что это было пострашнее сатаны.
– Что же Вы натворили?
– Не важно. Главное, что я получил урок и больше, надеюсь, не повторить того, что привело меня к такому исходу.
– Можно вопрос?
– Спрашивайте. Мы же тут именно для этого.
– Умирать страшно?
– Нет. Не страшно. Страшнее хоронить. Я даже скажу Вам, что умирать почти не больно. Я не буду врать. Ощущения перед смертью, особенно, если она от ран или болезней, неприятные. Но чем ближе конец, тем боль становится невидимой, а желание узнать что-то новое вырастает до максимума. В момент, когда Ваша душа покидает тело, а это секундное дело, она тут же переселяется в другое тело. Вы чувствуете, как мышцы Вашей новой матери выталкивают Вас наружу и этот первый вдох, как правило самый болезненный в этой истории. Так что умирать не больно, а больно рождаться.
– Мне хочется верить Вам, Лука.
Бармен выставил на стол заказ, еще раз внимательно посмотрел на Луку и помотав головой из стороны в сторону ушел к стойке бара.
– Угощайтесь, Оскар. Когда-то, в этом кафе я сделал предложение своей жене. Отец этого бармена, мой одноклассник, был свидетелем на нашей свадьбе. После я был свидетелем у него. И я крестил этого бармена, когда тот был еще грудничком.
– Вы сейчас серьёзно?
– Абсолютно, – Ответил Лука.
– Вы шутите.
– Я могу сказать, как звали его мать и отца, их даты рождения. Могу назвать имя его дядюшки и даже кличку его собаки, которой нет уже лет восемьдесят. Я знаю, как звали его старшую сестру, которую мы хоронили в возрасте двух лет. Этот бармен родился вторым в семье ребенком, спустя много лет после смерти его сестры.
– Боже правый, мне становится нехорошо, – Старик взялся за сердце.
– Не стоит налегать на спиртное, – Лука отодвинул от старика стакан.
– Вы и в правду сумасшедший.
– Вы это себе придумали. Я человек, получивший дар видеть чуть больше, чем дано обычному человеку. И я не скажу, что с этим легко жить.
– Всяко легче, чем остальным.
– С чего Вы так решили?
– Вы живете, зная то, что после этой жизни наступит другая. В отличие от Вас, я не знаю, когда наступит мой конец и что там будет дальше.
– Я считаю, что это Ваше преимущество. Знать день своей смерти не такая уж и награда.
– Один чёрт, Вам известно, что будет после.
– Допустите это, и увидите, что произойдет дальше.
– Легко сказать. Скажите мне, чем же так плохо жить вечно?
– Ну во-первых я не живу вечно. Живёт моя душа. Моё тело, как и у всех имеет свойство стареть. Я так же болею, как и остальные. Я ломал руки и ноги, мне зашивали раны. Моё тело смертно. Душа нет.
– Какая разница?
– Я еще не ответил на Ваш вопрос.
– Какой?
– Почему плохо жить вечно.
– Так ответьте мне на него.
– Я много раз переживал то, что обычные люди переживают только раз в жизни. Вы живете от события к событию. А мне приходится жить от жизни к жизни, в которых есть череда повторяющихся событий. Я много раз видел, как рождаются мои дети и многих мне пришлось хоронить. Я влюблялся и расставался много раз. Женился и разводился. Если бы Вы знали, сколько раз мне пришлось провожать своих родителей, Вы бы потеряли рассудок. А я продолжаю жить. Поэтому я и ищу её. Ту, чья душа является моей половиной. Когда я нахожу её, я обретаю покой.
– Позвольте узнать, как Вы понимаете, что это она?
– Знаете, это такое внутреннее чувство, которое позволяет мне узнавать её из миллионов людей.
– А она тоже понимает это?
– На подсознательном уровне.
– Ну не найдете Вы её, что дальше?
– Переживания. Что еще может быть?
– И всё-таки странный Вы человек. Вам дан такой дар, а Вы используете его на поиски человека, который даже не знает ничего о Вас. Ну нашли, а она счастлива в браке с другим. Что делать тогда?
– Я много раз ловил себя на мысли, что всё это ни к чему не нужная трата времени. Но когда Вы знаете, что всё снова повторится, что еще остаётся делать – искать. Поймите, в каждой жизни, которую мне довелось прожить, у меня было колоссальное количество событий. Я был окружен любовью родителей, почти все они вкладывали в меня все свои силы. У меня были друзья, я знаю, чего стоит дружба. Я прошел ни одну войну и даже был убит. Я знаю, ради чего стоит жить. И она одна из причин.
– Вы не ответили, если она счастлива в браке, что делать?
– Ответ очевиден – добиваться её.
– А Вы все свои жизни помните? – Спросил старик.
– Наверное, не все жизни я помню точно, но большую часть наверняка. Есть последовательность, которую трудно объяснить, но в процессе моего повествования, Вы поймёте.
– Кто была Ваша первая мать?
– Ева, – Засмеялся Лука, – Я не помню свою первую жизнь, совсем.
– Досадно.
– Я бы так не утверждал.
– Почему?
– Тогда бы у меня было начало, а значит будет и конец. Проще, когда ты не знаешь этого.
– Мне кажется, что я схожу с ума от того, что сейчас происходит, – Оскар немного отпил из стакана.
