— Бесполезно, — вздохнув, выношу вердикт. — Куда дальше?
Мы переходим в комнату напротив. Она ещё больше и намного шумней. Псы тут же кидаются к нам, поскуливая и виляя хвостами. Макс опускается и чешет за ухом поочерёдно сразу двоих. Заметив мою нерешительность, подбадривающе улыбается и говорит:
— Они хорошие, не бойся. Буйные на перевоспитании.
— Как это? — не понимаю, послушно садясь рядом и протягивая руку небольшой чёрной собачке.
Она скромно утыкается мокрым носом в ладонь и гипнотизирует своими грустными глазами. Улыбаюсь ещё шире и глажу ее по голове.
— Животных привозят разных, некоторые нуждаются в социализации. Прежде чем допустить их в общую комнату, проводят работы по приручению. Но и это не всегда помогает, некоторые просто бросаются на других собак. То же самое и с котами. Поэтому таких держат в отдельных вольерах.
— Это грустно, — хмурюсь. — И многих забирают в семьи?
— Не так много, как хотелось бы.
Мы проводим в комнате с собаками гораздо больше времени. Оказывается, у Макса даже есть свои любимчики, и некоторые из них умеют выполнять команды.
Спустя двадцать минут дверях появляется Камилла и спрашивает с улыбкой:
— Макс, ты показывал Эмилии наш детский сад? Скоро все лягут спать, поторопитесь.
— Детский сад? — смотрю на неё изумлённо, продолжая чесать пузо коккер-спаниелю.
Подмигнув, она удаляется, а я перевожу взгляд на Максима. Он весело улыбается.
— Хотел оставить на сладенькое.
Едва не пищу от счастья, стоит нам попасть в комнату с щенками. Маленькие карапузы сонно бегают по всему периметру «детской», сгрызая по пути все игрушки и покусывая за одно и своих собратьев. Кидаюсь на них с объятиями, не сдерживая восторженные «сюсюканья».
— Мое хрупкое женское сердце не выдержит этого напора! — скуксиваюсь я, сидя на полу в окружении заинтересованно обнюхивающих меня скулящих созданий.
Макс в таком же положении. Весело хохочем, споря, вокруг кого щенков больше. Побеждаю я.
— Ладно, пойдём в последнюю комнату, уже совсем поздно, — глянув на часы, говорит Макс и поднимается с коленей.
Она оказывается самой крохотной. Почти все котята спят в домиках или лежаках, и только самые активные настороженно хлопают на нас глазами-бусинками. Закусив нижнюю губу, осторожно сажусь на пол и беру в руки белоснежного котёнка. Максим опускается рядом, гладя другого по холке.
— Спасибо, что привёл меня сюда, — говорю, смотря в его глаза. — Наверное, мне именно этого не хватало последние дни.
Макс сосредоточенно кивает и опускает взгляд.
— И, кстати, тебе удалось подтвердить статус не такого уж плохого парня.
— Отличные новости! — усмехается он.
Улыбаемся, смотря друг на друга.
— Неверное, нам пора? — спрашиваю, хотя совсем не хочу уходить.
— Пойдём, — кивает он и поднимается на ноги.
Маленькая стрелка на наручных часах уже перевалила за десять, когда мы ждём машину. Обратная дорога занимает ещё больше времени, и я с ужасом представляю, как буду вставать завтра к первой паре. А ведь ещё домашка... Как бы я не сопротивлялась, весь день на ногах даёт о себе знать и предательская усталость окутывает тело. Осторожно укладываю голову на плечо Макса и, взглянув на него, спрашиваю негромко:
— Не больно?
Он слабо улыбается и качает головой. Закрываю глаза, тут же проваливаясь в дрему.
Максим будит меня у подъезда и провожает до квартиры.
— Спасибо тебе ещё раз, — говорю, устало улыбаясь и прислоняясь спиной к двери.
— Надеюсь, после такого ты будешь крепко спать, — ухмыляется он, смотря на меня.
— Ещё как! — в подтверждении своих слов смачно зеваю и расплываюсь в широкой улыбке.
Максим осторожно протягивает руку и поправляет выбившуюся на щеку прядь волос. Застываю, чувствуя, как улыбка сползает с лица. Но он просто стоит. И смотрит. Не выдерживая, делаю шаг и обвиваю руками его торс. Макс заторможено обнимает меня в ответ, горячо дыша в макушку. Зажмуриваюсь и отстраняюсь, нажимая на ручку двери за спиной.
— Пока.
— До скорого, — кивает он и прячет руки в карманах.
Разочарование колит в сердце, стоит Максу ступить на первую ступеньку, ведущую вниз. А потом на вторую и третью...
В квартире темно и пусто. С тяжелым вздохом раздеваюсь и, наскоро приняв душ, падаю в постель. Улыбка вновь расползается на губах — я с ней сегодня весь вечер хожу, не снимая. Обнимаю руками подушку и прикрываю глаза. Наверное, не поверила бы, что с Максом можно так здорово провести время, не переживи я это сама. И я готова сказать ему ещё тысячу раз слово «спасибо», потому что пустота внутри, наконец, заполнилась чём-то настолько замечательным и добрым, что держать это в себе становится просто невыносимо. Глупо или нет, но по моей щеке скатывается одинокая слеза, мгновенно впитываясь в подушку. Шмыгаю носом. Завтра обязательно расскажу обо всем Катьке. Пусть знает, что весело бывает не только в ее Франции!
Глава семнадцатая
