— Ладно. Тогда пойдём, Оливер, — насупив свои нос и лоб, буркнула Лиза, и они с Оливером покинули кабинет, оставив меня наедине со своими мыслями. Наконец я могла убрать эту невозмутимость со своего лица. Всё это было ну очень сложно. Сложно было сдерживать себя, свои эмоции. Сложно держать себя в руках, когда речь идёт о больной для меня теме.
«Не представляю, как Стасу удавалось сохранять спокойствие и безразличность, когда на душе скребут кошки. Я вот-вот сойду с ума, находясь наедине с собой».
Мои мысли прервал звук открывающейся двери. Подняв голову, я встретилась взглядом с недругом Стаса, которого хорошо знала в лицо.
— Роман? Здравствуйте, — поднимаясь из-за стола, произнесла я.
— Можешь не вставать, — махая рукой, он сел на диван снял с себя куртку, — Я пришёл поговорить.
— Если вы не знаете, то Стас…
— Об этом знают все, — не дал мне закончить Роман, — Твой, так называемый, женишок лежит при смерти.
— Что значит «так называемый»? — сглотнув, спросила я, скребя ногтями по столу.
— Ну мы ведь оба понимаем, зачем ты была с московским миллионером, — подмигивая, усмехнулся Роман.
— Я вас не понимаю, — с трудом сдерживая злость, прошипела я.
— Да всё ты прекрасно понимаешь, — Роман встал на ноги и медленной походкой подошёл к столу, — Что, простой сироте захотелось денежек, так нашла себе богатого папочку?
Я вскочила из-за стола, сверля Романа гневным взглядом.
— Немедленно прекратите!
— Ну всё-всё, не злись, — засмеялся мужчина, выставляя руки перед собой, — Я тебя не осуждаю. Скорее наоборот. Это хорошо, когда такая красивая девушка может ублажить богатенького, который будет её обеспечив…
Я заткнула рот Романа звонкой пощёчиной, от которой тот на секунду замолчал. Я ожидала, что он меня понял и наконец уйдет со своими грязными словечками, но Роман явно так не думал. Погладив свою щёку ладонью, он усмехнулся.
— А ты бойкая… Теперь понимаю, чем ты смогла зацепить Стасика.
— Выйдите отсюда немедленно, — сквозь зубы процедила я, — А то мне придется позвать охрану.
— Не нужно никакой охраны, — Роман чуть смягчил свой тон, наклоняясь над столом, — Я пришёл просто поговорить с тобой.
— Только быстро. У меня нет на вас времени, — я вновь села на стул, закидывая ногу на ногу.
— Какая ты занятая, — хмыкнул Роман, — Но не думай, что всё это надолго. Рано или поздно твой Стасик умрёт, и ты останешься без папочки. Кто будет оплачивать все твои гулянки? Его мать? Да ей плевать и на тебя, и на сына. Ей подавай деньги. В тот же день, когда её сынок умрёт, она продаст его долю в компании какому-нибудь другому богачу, а, может, даже и мне, и навсегда забудет о тебе и нахлебнике в твоём пузе.
— К чему вы клоните? — уже на грани, чтобы отвесить этому наглецу вторую пощечину, произнесла я.
— К тому, что ты, девочка, останешься совсем одна, — Роман совсем близко наклонился над моим лицом, беря за подбородок, — Но я готов тебе помочь.
— Я даже не намерена слушать ваши грязные предложения, — отрезала я, отталкивая Романа, — Так что попрошу вас покинуть кабинет, а потом и офис.
— Это ты зря. Я ведь только с добрыми намерениями, — с ухмылкой произнёс Роман. Я отвернула от него голову, ожидая скорого ухода, но мужчина лишь ещё ближе подошёл ко мне, обойдя стол, — Ты будешь моей. Нужно всего лишь делать то, что ты делала Гордееву.
— Пустите! — взвизгнула я, когда Роман схватил меня за горло, перекрывая кислород.
— Не пикай мне тут… — грубо прошипел мужчина, затыкая мой рот мощным поцелуем.
Я всеми силами пыталась оттолкнуть его, но бессмысленно. Роман был в разы сильнее меня, и я уже тысячу раз пожалела, что подпустила его к себе ближе, чем на метр. Мужчина принялся раздевать меня прямо на крученом стуле, не давая даже пикнуть.
На пороге появился Давид. В недоумении он смотрел на меня и Романа, после чего наконец оттолкнул незваного гостя.
— Придурок, Шишкин! Вали отсюда и не смей трогать жену Стаса! Я сейчас ментов вызову!
Больше слов не нужно было. Словно подстреленный, Роман убежал из кабинета, едва не забыв захватить свою куртку.
— Что ему от тебя нужно было? — вставая рядом со мной, спросил Давид.
— Ты вовремя. Спасибо, — ещё не успев отойти от шока, выдохнула я, — Роман уже похоронил Стаса и предлагал мне стать его любовницей.
— Вот же ж кретин, — сверкнул зубами Давид, — Уже пол-Москвы поимел. Теперь и до тебя добрался.
Я кивнула, опуская глаза.
— Почему ты здесь? Насколько я знаю, ты свою долю продал…
— Алис, я тебя всю неделю искал, с того момента, как меня выписали. Карина рассказала мне о произошедшем, о болезни Стаса, о твоей беременности. Мне очень жаль….
— Не нужно играть в верного друга, — с грубостью отсекла я, — Ты уже показал свою истинную натуру, когда продал свою долю не лучшему другу, а какому-то иностранцу. Ты предал Стаса.
— Так ты не знаешь… — Давид печально вздохнул, опираясь о стол обеим руками.
— Чего я ещё не знаю? — раздраженно фыркнула я, скрестив руки на груди.
— Я не предавал Стаса. Ну, вернее, не совсем…
— А что же тогда? Просвети меня, — я заинтересованно посмотрела на Давида, приподнимая брови.
