- Поправляйся, Санса, - выкрикнула Бет уже из коридора, провожаемая смехом леди Кейтилин и недовольным ворчанием служанки.
- Отец рыцарь, весь из себя благородный сир, сама при маленькой леди ошивается, а голосит, как торговка базарная, - бубнила Сорча, - чего это она с травами да заварками сама возится? Попросила бы Лювина и все дела. А ежели что не то в чашу бросит? И все - лорд наш без мастера над оружием останется, а она сиротой!
- Корова, - процедила Джейни, как только за прислугой и леди Кейтилин закрылась дверь, - много она понимает! Сама навозную кучу от ромашки не отличит, а нос задирает, как знатная дама. И вообще это не ее дело! - девушка запрыгнула с ногами на постель Сансы и несколько раз подпрыгнула, от чего девушку закачало на перине, словно на волнах. - Как ты могла заболеть?! Сегодня же полнолуние! И Бет будет привораживать Джона! Ты все пропустишь!
- Ну и ладно, - отношения сводного брата и Бет сейчас волновали Сансу меньше всего. - Это дело Бет, а не мое. Не хочу я никаких приворотов, - девушка повернулась на бок спиной к девице Пуль и строптиво дернула ногой. - А теперь желай мне спокойной ночи и уходи. Я устала и хочу спать.
- Санса… - оторопело пробормотала Джейни; она придвинулась ближе к подруге, на плечо Сансы опустилась ее рука, от которой веяло лавандой и мылом. - Ты чего? Если приворот получится, то Бет и Джон могут пожениться!
- Выйти замуж за бастарда… ах, какая партия! Всему Вестеросу на зависть! - огрызнулась леди Старк, не поворачиваясь. - А ты кого будешь привораживать? Моего брата? Или Цареубийцу?
- Никого, - в голосе дочери стюарда звучало недоумение, - зачем мне кого-то привораживать?
- А как же еще тебе привлечь внимание Робба? Только с помощью богов, - Санса не знала, откуда в ней столько яда и желчи, но злые, обидные слова жгли язык, срывались с губ прежде, чем девушка понимала, что говорит. Бедная Джейни была совершенно не при чем, не из-за нее гнев сидел в груди юной леди, давил и разъедал злее щелока, но она была рядом, а Санса оказалась слишком слаба, чтобы справиться с собственным разочарованием и болью, отчего хотелось сделать больно другим.
- Иди, - девушка капризно дернула плечом, - привораживай моего брата, Теона, Джейме Ланнистера, кого хочешь. Мне все равно.
- Не буду я никого привораживать! - выкрикнула Джейни, вскакивая. За закрытыми ставнями завыл лютоволк, и Леди отозвалась со своего места у очага тонким, чуть слышным плачем. - Мне никто не нужен, кроме тебя! Даже когда мы выйдем замуж, мы и дальше будем дружить, правда, Санса? Будем играть вместе, как и всегда.
- Уйди, Джейни, - устало попросила Санса; гнев ушел, уступив место глубокой тоске. Пылкое, безрассудное признание подруги оставило ее равнодушной, девушка слышала, но не слушала ее; и мысли, и раненое, кровоточащее сердце полнились чувствами к Серсее. - Из-за тебя у меня разболелась голова.
Джейни ничего не ответила; леди Старк слышала ее удаляющиеся шаги, тихий скрип и сухой стук закрывшейся двери, прозвучавший так резко, безжалостно, что девушка в то же мгновение почувствовала себя покинутой, хотя сама прогнала подругу. Санса сжала в кулаке уголок подушки, выкручивая, зажмурилась, готовая разрыдаться. Это все вина Джейни! Если бы не она и ее игра, Санса бы никогда не посмотрела на Серсею как на женщину, которую можно поцеловать, не захотела бы большего, чем дружба королевы, и никогда бы не пошла за ней в ту старую башню. Девушка отдала бы все, лишь бы забыть об увиденном; глупая, очарованная, она поплатилась дорого за свое любопытство. Леди Старк еще никогда не было так плохо, как после той минуты, когда она застала Серсею Ланнистер за изменой мужу.
Внезапная догадка ударила ее в грудь ледяным шипом, вынудив сесть на постели; если Санса их видела, то мог увидеть и кто-то другой, тот, кто незамедлительно расскажет обо всем королю. Как поведет себя обманутый супруг? Наивно полагать, что Роберт простит жену; за связь с другим мужчиной королеву могут бросить в темницу или еще хуже… Эйгон Недостойный казнил свою любовницу Бетани Бракен, которую застали в постели с сиром Тойном, хотя сам не хранил верность ни одной из своих возлюбленных. Что, если и Роберт, посчитает себя настолько оскорбленным, что захочет смерти и неверной жены, и ее любовника?