Повисла напряженная тишина. Сансе показалось, что в мире вообще не осталось звуков после слов женщины; ее горько признание не оставляло сомнений: это королева. Серсея Ланнистер была в комнате одна с другим мужчиной, позволяя ему раздевать себя, целовать, хотя это право принадлежало исключительно ее мужу-королю. Идеал Сансы, сотканный из солнечного света, летней зелени и блеска бриллиантов, разбился вдребезги, и радужные осколки посыпались в грязь. На негнущихся ногах она побрела прочь по коридору, подальше от опочивальне, служащей сейчас убежищем для ее величества и ее любовника. В груди ныло и болело, будто сердце наживую пытались вырвать из груди; будто бы леди Старк застала не Серсею, а своего жениха, милующегося с другой. Однако сейчас девушка в последнюю очередь думала о Джоффри; она была готова посвящать королеве стихи и песни, шила для нее рубашку, так мечтала угодить Серсее, казавшейся ей почти богиней, что оказалась совсем не готова увидеть ее такой: бесстыдной, скрытной, вероломной, изменяющей своему королю. В истории было немало женщин, изменивших своему государю, и все они закончили весьма плачевно, но не это разбивало сердце Сансы: Серсея и Роберт были обручены пред богами и людьми, он был королем, был ее мужем, и девушка смиренно принимала их отношения, однако тот, другой… он не имел на это права! Он не смел целовать Серсею! Стиснув зубы, Санса кинулась бежать, почти не разбирая дороги; ноги едва касались каменных плит, слезы, противно щекоча, сбегали по щекам. В своем горе леди Старк позабыла и о поджидающей ее в богороще Бет, и о Джейни, больше всего она желала запереться в своей опочивальне и никого не видеть до самого отъезда в столицу.
И прежде всего - не видеть Серсею, которая, сама того не ведая, предала чувства Сансы.
========== Часть 12 ==========
Санса все-таки заболела, слегла тем же вечером, ослабевшая настолько, что не хватало сил даже поднять ложку. Леди Кейтилин не на шутку встревожилась: обычно всегда живая и резвая девушка стала вялой, болезненно бледной с потускневшим взглядом; она тут же уложила старшую дочь в постель, велела слугам растопить очаг в опочивальне Сансы и послала за мейстером Лювином. Сорча и Дилис хлопотали рядом, то поправляя подушки, то меняя прохладный компресс - леди Старк показалось, что у дочери жар, - то уговаривая поесть. Обычно такое внимание нравилось Сансе, но теперь подобная суета не вызывала ничего, громе глухого раздражения. Ей не хотелось ни молока, ни теплого хлеба с медом, ни черники в сахаре, девушка едва заставила себя проглотить чашку укрепляющего бальзама, пахнущего болотом, и тут же упала обратно на подушки. Леди, чувствуя настроение хозяйки, тоже хандрила: лютоволчица не пыталась забраться на постель, не выпрашивала угощение, просто лежала, свернувшись, у очага и наблюдала за толпящимися в комнате людьми грустными желтыми глазами.
- Думаю, причина недомогания леди Сансы в резком снижении кровяного давления, - изрек мейстер Лювин после осмотра девушки. - Сон, обильные питье и питание быстро поставят ее на ноги. Ну, а пока ей нужен отдых, никаких волнений ближайшие несколько дней.
- Но принцесса Мирцелла пригласила Сансу на завтрак! - выпалила Джейни, горестно заламывая руки. По шалому блеску глаз, кажущихся огромными на бледном, осунувшемся лице, по излишне резким и дерганным движениям юная леди Старк поняла, как взвинчена подруга. - А если Санса не пойдет, то нас с Бет не позовут!
- Я сама все объясню ее высочеству и принесу ей извинения, - промолвила леди Кейтилин, испепеляя девицу Пуль взглядом. Губы Джейни задрожали от обиды, она беспомощно посмотрела на Сансу, но девушка молча отвернулась, утомленно прикрыв глаза. От чужого присутствия у нее разболелась голова, свет свечей казался слишком ярким, укрывающие ее шкуры - слишком тяжелыми, а болтовня служанок - слишком громкой. Сорча и Дились возились в опочивальне бестолковыми мышами, Джейни и Бет, сидящие рядом на скамье, походили на парочку жмущихся друг к другу воробьев; если барышня Кассель только горестно вздыхала, комкая в руках вышитый платок, то девица Пуль все норовила поймать взгляд Сансы, схватить ее за руку горячими пальцами, в явном нетерпении подпрыгивая на месте. Девушка знала, чего она хочет: дождаться, пока все уйдут, и вновь начать приставать, если не с поцелуями, то с расспросами и жалобами, но леди Старк меньше всего сейчас хотелось навязчивых ласк Джейни. Она твердо решила, что как только ее оставят одну, она запрет дверь в опочивальню изнутри на случай, если подруге взбредет в голову пробраться к ней ночью.