На какой-то миг Санса сбилась, умолкла, колеблясь, но матушка ободряюще сжала ее пальцы, и слова хлынули бурным потоком. Родители и мейстер слушали девушку внимательно, не перебивая, леди Кейтилин ни на секунду не выпускала ее пальцев; черты лорда Старка, даже в самые погожие дни хранящие печать грусти, мрачнели с каждым словом, а лицо матери застыло, точно оледенев, в синих глазах мелькнул незнакомый Сансе огонек. Юная леди содрогнулась, вновь охваченная страхом; неясно, что хуже - если родители ей поверят или же наоборот, посчитают ее лгуньей. Но Сансе не за чем оговаривать королеву, напротив, она хотела стать для Серсеи той самой леди из ненаписанной песни. Щемяще-грустная мелодия звучала у девушки в голове почти весь вечер, но из-за шумевших прибоем тяжелых мыслей Санса едва различала мотив, однако сейчас она зазвучала неожиданно громко. Сладко пела арфа, ей вторила лютня, а в тонком звоне серебряных колокольчиков чудилось эхо весенней капели или горьких слез, разбивающихся о лед. Мелодия казалась воплощением всего того нежного, восторженного, запретного, что девушка испытывала к Серсее. Как жаль, что королева никогда об этом не узнает.
- Ты же поговоришь с королем? - спросила девушка, ловя взгляд отца. Лорд Эддард поджал губы, не спеша с ответом дочери. - Попросишь его не наказывать королеву, правда? Она ведь ни в чем не виновата!
- Санса, - со вздохом начала леди Кейтилин, - супружеская измена в браке с королем карается очень сурово.
- Но ведь он сам первый начал! Я видела на пиру! Он… трогал служанок! - выкрикнула Санса, вспыхивая ярче факела. - Вы же там были, батюшка! И мама тоже! Королева сидела рядом с вами, пока ее муж… с другими женщинами!..
- Миледи, - мейтер Лювин предостерегающе поднял руку, - не нам, простым людям, осуждать короля. Предоставьте это богам. За все свои дела Роберт Баратеон ответит перед ними.
- Стало быть, Ланнистеров тоже побережем для божьего суда? - неожиданно жестко бросила леди Кейтилин. - Нед, ты должен все рассказать Роберту.
- Это слишком серьезные обвинения, Кет, а у нас почти нет доказательств.
- Письма Лизы и слов родной дочери тебе не достаточно? - при упоминании тетки Санса втянула голову в плечи; Серсея упоминала некую Лизу, но мало ли Лиз в Семи королевствах? Вовсе не обязательно, что она говорила о тете Сансы, вдове Джона Аррена.
- Она могла и обознаться, - предположил лорд Эддард , - а что касается Лизы… она недавно потеряла мужа. Слова девочки и скорбящей вдовы против слова Серсеи, за которой стоит вся мощь Ланнистеров. Не думаю, что старый Тайвин будет стоять в стороне, пока его детей обвиняют в измене короне и убийстве.
Убийстве?.. Санса непроизвольно крепче прижалась к матери и пугливо воззрилась на отца; это же наверняка ложь! Королева Серсея просто не могла быть замешана в подобном. Тетя Лиза просто обозналась или ее разум помутился, со вдовами иногда такое бывает.
- Я не предлагаю публично обличить ее перед всем двором, Нед, но поговорить с Робертом все же необходимо. Даже без доказательств все слишком серьезно, чтобы оставить это просто так.
Лорд Старк горько усмехнулся.
- Ты не знаешь Роберта. Одного намека на супружескую неверность королевы хватит, чтобы он схватился за молот, и да помогут старые боги тем, кто окажется у него на пути. Дочь, - Хранитель Севера приподнял лицо Сансы за подбородок; огоньки свечей дрожали светлячками, отражаясь в его глазах. - Ты уверена, что в башне ты видела именно Серсею? Это не могла быть какая-нибудь другая женщина?
Девушка неуверенно повела плечами; возможно, в свите ее величества есть светловолосые и зеленоглазые дамы, но, признаться, Санса мало обращала внимания на фрейлин: рядом ними королева казалась павлином, окруженным невзрачными воробьями. Если бы одна из них оказалась той женщиной в башне, Санса бы провела в молитвах богам всю ночь, но “волчья девка” по имени Лианна и своего Роберта она называла королем… девушка медленно кивнула, прикрывая глаза, чувствуя, как под веками закипают слезы.
- А мужчина? Его ты не рассмотрела? - спросила леди Кейтилин и прижала дочь к груди, целуя в лоб, когда она покачала головой, не в силах вымолвить больше ни слова. - Хорошо, милая. Ты поступила правильно, все рассказав. Надеюсь, твой отец тоже поступит разумно.
- Кет… - в голосе лорда Эддарда звучало предостережение.
- Нед, - в тон ему откликнулась матушка, но с затаенной мольбой. Отец с глубоким вздохом запустил пальцы в волосы, опуская голову; леди Кейтилин встала, увлекая за собой старшую дочь. - Идем, милая, я провожу тебя в твою комнату. Мейтер Лювин, можно ли попросить у вас сладкого молока? Совсем немного, наперстка будет довольно.
- Ты поговоришь с королем? - продолжала настаивать девушка; она тянулась к отцу, но мать цепко держала ее за плечи. - Ее величество ни в чем не виновата, это все король!.. Он делал ей больно, хотя клялся любить перед богами и людьми! Пожалуйста, батюшка!..