– Значит, прежний Сабин возвращается? – ангел поднял на отца испуганный взгляд. Антон не ответил, привычным жестом он погладил сына по щеке, как бы пытаясь его успокоить. – Как же ему помочь? – в отчаянии воскликнул Дэлвиг, ничуть не успокоившись.
– Никак,– покачал головой отец,– он сам должен справиться.
– Но как же может семнадцатилетний парень бороться с пятисотлетним Творцом? – ангел аж задохнулся от волнения.
– Как видишь, может,– улыбнулся Антон,– он ведь спас тебя.
– И сам чуть не умер,– горько добавил Дэлвиг.
– Да, его спасло только то, что он стоял, пока накачивал тебя энергией,– согласился отец,– поэтому, когда он потерял сознание, то упал и тем самым разорвал контакт. А если бы догадался лечь рядом с тобой, то, боюсь, сейчас мы бы его уже хоронили.
– А как он вообще догадался, что нужно делать,– ангел невольно поёжился, когда отец упомянул про похороны,– ты ведь не учил его этим техникам.
– Нет, не учил,– подтвердил Создатель. – Но ты не забывай, что он всё-таки венн, его интеллект на порядок выше, чем у любого человека. Сам догадался.
– Так, что же, теперь нам придётся сидеть и смотреть, как две личности Сабина дерутся между собой? – Таши с надеждой взглянул в лицо отца. – Ты же Создатель, сделай что-нибудь.
– Во-первых, ты уж точно не будешь на это смотреть,– строго объявил тот,– сегодня же я заберу тебя отсюда. Это не обсуждается,– добавил он, видя, как вскинулся возмущённый ангел. – А во-вторых, помощь Сабину может сейчас только навредить, ему нужно быть сильным и ни на кого не рассчитывать, только тогда он справится. – Антон тяжело вздохнул. Ну как ему было объяснить этому бесхитростному парнишке, что манипуляции Венна меньше, чем через год, в любом случае вернут падшего Творца из небытия, и его любящий и заботливый друг просто исчезнет. Навсегда. – Иди, попрощайся,– он грустно улыбнулся ангелочку. – У тебя час, не заставляй меня применять силу, хорошо?
Ангел ушёл, но вернулся он гораздо раньше назначенного срока, Санджея в комнате не оказалось. На аккуратно застеленной кровати лежала стопка монашеской одежды, а вот треники, майка и кроссовки исчезли. Санджей сам распорядился своей судьбой, как и предполагал Антон.
***
Ночь выдалась на удивление тёплой и безветренной, прихваченной в последний момент монашеской накидки Санджею вполне хватило, чтобы комфортно устроиться на куче прошлогодней хвои и сухих листьев. Он отлично выспался, никакие кошмары этой ночью его не мучили. Прошлым вечером, когда бывший монах принял решение о побеге, он явно переоценил свои силы, далеко уйти ему не удалось. Чтобы опять не потерять сознание, пришлось остановиться и немного поспать.
Утро встретило путешественника ярким солнцем и обещанием скорой жары. Нужно было пройти как можно больше, пока ещё было прохладно, и лёгкий ветерок освежал разгорячённую кожу. Санджей доел оставшуюся с прошлого дня лепёшку и запил её водой из родника, возле которого он заночевал. Свернув накидку, он повесил её через плечо и вышел на дорогу. Слабость ещё давала себя знать, но, по сравнению со вчерашним днём, он был свеж, как зелёный огурец, только что сорванный с грядки.
Никакого определённого маршрута на уме у беглеца не было, главное было уйти подальше от людей, которым он бессознательно мог причинить вред, от Таши и от брата. Как он собирался жить в совершенно незнакомом ему мире, Санджея пока никак не волновало, он ведь ничего не умел, кроме как молиться, да ещё драться. Денег у него не было, еда тоже закончилась, но пока он был относительно сыт, заботы о хлебе насущном не посещали его ум. Всю свою жизнь Санджей был монахом, его кормили, обеспечивали кровом и одеждой, предоставляли неутомительную работу и время для отдыха. Откуда ему было знать, как живёт остальное человечество?
Он шагал по горному серпантину и беззаботно любовался открывающимися видами. Редкие машины приветливо сигналили одинокому путнику, обдавая его клубами выхлопных газов и пыли. Санджей никак не реагировал на проезжавший мимо транспорт, заплатить за проезд ему было нечем, а напроситься в попутчики из жалости ему в голову не приходило. Эта рыжая от пыли машинка начала сигналить издалека. Санджей с удивлением оглянулся, но, не заметив ничего, что бы мешало проезду, пожал плечами и продолжил свой путь. Однако настырная машинка не унялась, с оглушительным рёвом она обогнала путника и преградила ему дорогу. Задняя дверь распахнулась, и из неё выпорхнула изящная фигурка в длинной развевающейся юбке и маечке на тонких бретельках.
– Санни! – задорно рассмеялась Рика. – А мы с Максом всё гадали, ты это или нет.
С переднего сиденья выполз заспанный Макс и потягиваясь присоединился к своей сестре.
– Давай, подбросим,– предложил он,– ты ведь, наверное, в город намылился.
