— И то и другое! Я накуплю себе гору дорогой одежды, подходящей для миссис Джонсон. Но, ради всего святого, сейчас оставь меня в покое, Грей Джонсон!
И опять в глазах Грея промелькнул огонек удовлетворения.
— Большинство женщин просто зубами бы вцепились в возможность потратить деньги мужчины, — усмехнулся он.
— Я не большинство женщин! — ответила Виола, не без вызова привычно вскидывая подбородок.
— Нет. И я все больше и больше убеждаюсь в этом.
Виола не могла разгадать выражения его глаз, но ей понравился ответ Грея. И это заставило ее сердце биться чуточку быстрее.
Грей Джонсон ушел, но его место тут же заменила разгневанная миссис Ричардс. Виола внутренне сжалась: она знала, что ее ждет.
— Виола Ханнифорд! Что все это значит? — Мать помахала в воздухе газетой.
— Могу объяснить, — поспешила усадить мать в кресло Виола. — Успокойся.
— Как я могу быть спокойной, когда узнаю о замужестве моей единственной дочери от соседки, которая случайно увидела сообщение в газете? Ты же сказала, что собираешься только делать вид, что ты его невеста!
— Я не замужем, — медленно и четко произнесла Виола.
— Значит, ты не та Виола Ханнифорд, о которой здесь говорится? — Эмма Ричардс ткнула пальцем в колонку светской хроники.
— Нет, я та, но… — она уселась напротив матери и взяла ее руки в свои, — я только изображаю жену Грея Джонсона, вот и все. Я просто делаю свою работу… работу, за которую мне собираются очень прилично заплатить.
— Прекрасно, замечательно… Но тем временем все вокруг будут думать, что ты вышла замуж за этого богача.
— Близкие мне люди узнают правду. — Виола ясно видела осуждение на изборожденном морщинами лице матери, и это ее угнетало. — Это всего лишь работа, мама.
— Ты уверена, что Грей Джонсон понимает, что к чему?
— Да. Мы заключили соглашение. Это бизнес — и больше ничего, — заверила она мать, в то время как в памяти неожиданно возник поцелуй, которым одарил се Грей в ночь приема. — Хорошо, что ты здесь, потому что я хотела поговорить с тобой насчет Рождества.
— Полагаю, ты собираешься сказать, что приведешь этого якобы мужа к нам на ужин?
— Боюсь, мне не удастся провести Рождество с вами — с тобой и Уильямом. Мне придется работать.
У матери как-то сразу померкло лицо.
— О, Вай, дорогая, — простонала она.
— Мистер Джонсон обычно проводит праздники в Сноувилле с родственниками. Я не хочу ехать, но если соглашусь, он выплатит мне огромную премию. Я смогу помочь тебе и Уильяму снова встать на ноги.
— Я вовсе не желаю, чтобы ты приносила такие жертвы во имя того, чтобы оплатить мои счета, — запротестовала Эмма Ричардс. — Какое же это Рождество, если мы не будем вместе?
Виола просто разрывалась между стремлением помочь матери и нежеланием огорчать ее.
— Мы сможем устроить свой собственный праздник, когда я вернусь домой.
Взгляд матери был полон скептицизма, она медленно покачала головой.
— Ну, пожалуйста, скажи, что все понимаешь, мама!
— Я в этом не уверена, Вай. После того что у тебя произошло с Майклом, я никак по могу взять в толк, почему ты опять связываешься с человеком, чье имя постоянно мелькает в колонках светской хроники?
— Я не собираюсь эмоционально сближаться с Греем Джонсоном. Я просто работаю на него.
— Вай, детка, ты не сможешь находиться рядом с мужчиной, изображать счастливую новобрачную и оставаться равнодушной к нему! — предупредила мать.
— Мы будем жить в разных крыльях огромного здания. И кроме того, Грей Джонсон — это не мой тип.
— А что, если ты — его тип? Что тогда?
— Он может иметь неограниченное количество богатых, красивых, светских женщин. А такая, как я, которая делает покупки в лавчонках при автозаправочных станциях, ему ни к чему.
Мать вздохнула.
— Думаю, этот контракт — ошибка, Вай, но уже вижу по твоему упрямо вскинутому подбородку, что ты все равно не станешь слушать то, что я могла бы сказать.
Виола сжала плечо матери.
— Все будет прекрасно. Через шесть месяцев я стану безраздельно владеть «Домашним раем», вы с Уильямом выберетесь из долгов, и вся эта затея с фиктивным браком останется позади. Верь мне!
— Я верю тебе, но не верю этому богатому мужчине, — сказала мать, нахмурив брови.
— Не беспокойся, мама. На свете больше нет богатых мужчин, у которых был бы хоть малейший шанс вновь разбить мое сердце.
Длинный белый лимузин доставил Виолу и ее багаж в аэропорт. По настоянию Грея, она накупила кучу всевозможной одежды для их пребывания в Сноувилле. Среди этих приобретений была и отороченная мехом лимонно-желтая парка, в которую она сейчас и была облачена.
Не принадлежа к особам, которые любят упиваться жалостью к самим себе, Виола решила, что неожиданный оплаченный отпуск не должен пропасть даром. У нее вовсе не было желания проводить Рождество с Греем и его родственниками, но с ней, с ее устремлениями никто считаться не собирался. Что ж, еще ребенком, часто переезжая с места на место, она поняла, что и из не особенно приятных ситуаций можно извлечь максимум полезного для себя.
Это была как раз такая ситуация…
