– Спрошу. – Теперь Тина не улыбалась. – Он выглядит как зверь, но это всего лишь морок… Тень… Не знаю, как объяснить! – Тина и в самом деле не представляла, как описать словами смутный образ, прихваченный из высокого поднебесья. – Вот если бы вы слепили огромного барса из овсяного киселя или грозовой тучи, а внутри него спрятался бы человек и его можно было бы увидеть, когда грозовые разряды пробивают облачную плоть?
– Ты видела?
– Да, – не стала отпираться Тина.
– Как? – потребовал ди Крей.
– На поляне… Вы сказали, «фейная»? Там росли синие наперстники. Знаете?..
– Знаю. – Ди Крей смотрел на нее с таким выражением, что девушку даже пробил озноб. – Ты собрала в цветок несколько капель росы с листьев серебрянки и выпила…
– Да.
– Девочка, это сказка, которую рассказывают детям по всему западу!
– Я выросла на востоке, тем более в приюте…
– Значит, ты знала, что делать, едва оказалась на поляне?
– Мне помог разобраться друг, – сочла необходимым объяснить Тина.
– Но ты знала про наперстники и про серебрянку.
– Да.
– Не расскажешь откуда?
– Нет.
– Ну и ладно, – покладисто улыбнулся ди Крей. – Значит, вот как ты узнала про лань и про троебожцев.
– Да, – подтвердила Тина. – Точно так.
– Сказка, – улыбнулся ди Крей. – Я и сам считал это сказкой.
– Выходит, нет.
– Выходит, нет. И тогда же ты увидела
– Кого? – не поняла Тина.
– Я читал несколько легенд о
– Кто он, этот повелитель?
На самом деле ради этого вопроса Тина и пришла к ди Крею в столь поздний час.
– Оборотень. Если хочешь, король оборотней. Великий, могучий, непобедимый… В легендах используют множество эпитетов. Страшный, жестокий и коварный… Все это о нем, и он идет по нашему следу?
– Это то, что я видела, – объяснила Тина.
– Две недели, и ни одной попытки догнать. Отчего?
– Об этом я и хотела вас спросить.
– К сожалению, у меня нет ответа, – устало вздохнул ди Крей.
– А я надеялась…
– Значит, я твой должник.
– Что вы знаете о Риддерах? – Это был второй вопрос, который волновал Тину.
– О Риддерах? – удивился Виктор. – С чего бы это они тебя заинтересовали? Впрочем, не важно. Я обещал. Риддеры… Их было двое, вернее, трое: два брата и сестра – дети Винанда Ридера, младшего брата Максимуса Ридера Второго, являвшегося в то время главой дома Ридеров. Младший брат прав наследования не имел, но его дети… Это длинная и путаная история, ты уверена, что хочешь ее знать?
– Да!
– Что ж, постараюсь изложить ее кратко, перечислив лишь самые важные факты.
– Как скажете, – согласилась Тина.
– Так и скажу, – усмехнулся ди Крей. – Дело происходило, чтобы ты поняла, полстолетия назад. Агнус, Роланд и Надин… Агнус пошел служить в императорскую армию и в конце концов стал маршалом. Роланд ушел из компании дяди, перебрался в Лоан и там создал свое дело. Его оружие было не хуже, а лучше того, что производилось домом Ридеров. Ну а Надин… Надин последовательно сменила трех титулованных мужей. Говорят, она была писаная красавица, и Яков – я имею в виду отца нынешнего императора – буквально сходил по ней с ума. Это случилось как раз между ее вторым и третьим замужеством. Впрочем, возможно, что третьим мужем Надин герцог Фокко стал всего лишь ценой любви императора. Император не мог жениться на Надин, а князь был стар и немощен и, как говорят, не способен исполнять супружеские обязанности. Ты ведь понимаешь, о чем идет речь?
– Да, – призналась смущенная Тина. – В общих чертах.
– Что ж, вот и вся история, – улыбнулся ди Крей. – Добавлю лишь, что Яков даровал всем троим дворянство, а Георг XII – король Лоана – возвел Ролана Риддера в баронское звание.
5. Третий день полузимника 1647 года
Казалось, им улыбнулась удача, но так только казалось. Погода не стала лучше, и дожди заставали путников то в пути, то на биваке. Похолодало, а вся теплая одежда осталась с лошадьми в Мельничной заимке. Дичь попадалась редко, людское жилье не встречалось вовсе. Соль – небольшой мешочек из дорожной сумки ди Крея – кончилась на третий день, когда, достигнув наконец гор, они углубились в петляющее, но неизменно ведущее вверх ущелье, по дну которого протекала река.
