— Если вам полторы сотни лет, то ваша молодость — это девятнадцатое столетие от рождества Христова? — Осторожно уточнил я. — Прошу прощения, может я плохо учился в школе и слабо представляю себе реалия тех лет…Но те времена мне просвещенным веком совсем не кажутся.
— По крайней мере, у нас даже некоторые крестьяне могли назвать крупнейшие страны мира, а люди образованные знали не только их, но и сколько на планете континентов и какие в небе есть планеты. И не считали магическим процесс превращения руды в металл, способность точно читать буквы или порох. — Со второй попытки отшельник нашел таки правильную нишу, откуда извлек здоровенный ящик с инструментами и большущий моток каната. Последний оказался немедленно навьючен на меня. — А вот большинство людей и прочих существ, с которыми можно столкнуться в данных краях и хотя бы попытаться наладить диалог, происходят из довольно примитивных феодальных обществ, где народ банально неграмотен и знать не знает, как устроена их солнечная система или чего это за штука такая «континент». И правящие ими благородные рыцари — тоже те еще дубины стоеросовые. Зато все они ничуть не сомневаются в наличии периодически набегающих из преисподней тварей, жадных до мяса, душ и разных сокровищ. А спасения от них надо искать у королей, жрецов и магов, которые тоже обладают сверхъестественными способностями.
— Для простых дикарских заблуждений у этих рассказов про демонов из иных миров слишком велик масштаб, — утвердительно констатировал я, осторожно кося взглядом за спину, чтобы реакцию Иваныча отследить. — Да и чего-то похожее в нашей истории я припоминаю…Вернее, в народных преданиях, а не в официальных источниках.
— В точку! — Отсалютовал мне отшельник громадным ящиком, который должен был весить как бы не больше его самого. — Попасть в какой-либо из нормальных миров не так уж трудно. Находишь специальный алтарь — и вперед! Но есть пара нюансов. Во-первых, прана вне Чистилища не растет, но требуется на практически каждое воздействие, нарушающее естественный миропорядок, а потому лучше взять с собой неплохой запас. Во-вторых, пребывание вне этой адской игровой площадки для нас должно оплачиваться, и цены у хозяев этого мира ой как велики. Не вернешься вовремя сам — вернут насильно и накажут, засунув в какую-нибудь дыру, откуда бы и Илья Муромец не вдруг вырвался.
— Получается, были у нас и псоглавцы и драконы трехголовые, и русалки, и лешие, и всякие иные фольклорные персонажи разных народов мира, — что ж, я уже давно знал о несоответствии официальной истории истинному положению дел. А информация об относительно легком доступе на Землю не может не радовать! К тому же теперь поведение прапрадедушки становится отчасти понятным. Он и его люди не хотели возвращаться в Тартар до последнего, а потому явившиеся на Землю враги получили изрядное тактическое преимущество помимо эффекта внезапности. У них то был полный «боезапас!»— Вот только почему все или практически все жители иных миров в ваших словах представляются существами агрессивными? Да и в древних легендах то же самое, в лучшем случае разных нелюдей или духов можно было задобрить правильным подношением, но лучше было их попросту избегать!
— А тут все просто, юноша. Из Чистилища на иные планеты наведываются главным образом ради добычи. Хозяева этого мира, конечно, подбрасывают кой-чего от своих щедрот, но они стараются делать так, чтобы на всех дарованных ресурсов не хватало. Нравятся им почему-то конфликты и насилие, — ничего удивительного, если подумать. Я уже давно понял, что создавшие Тартар существа — первостатейные мрази. Интересно, а у них хоть какая-нибудь чисто практическая выгода с бесконечной резни воистину космических масштабов имеется? Или тварям хватает просто глубокого морального удовольствия от созерцания чужих бед и разрушенных судеб? — Понятное дело, отобрать нужное для усиленных праной разумных существ в большинстве случаев намного проще, чем купить. Особенно если они слабо разбираются в языках и культуре того места, куда попали.
— Звучит логично, учитывая царящее вокруг безумие. На Земле были длительные периоды, в которые наша цивилизация описанной вам картине вполне соответствовала, — осторожно заметил я, направляясь к выходу. — Особенно раннее Средневековье…. О более древних временах мне вообще судить страшно, поскольку слишком недостоверными видятся сведения, касающиеся той эпохи.
— Да, долгие века и тысячелетия наша родина ничуть не отличалась от иных миров, точно также подвергаясь нападкам разных существ, изначально чуждых планете Земля, — согласился бряцающий где-то за спиной инструментами Иваныч. — До начала Нового Времени очагов цивилизации у нас насчитывалось не так уж и много, крупные поселения в которых был возможен рост науки и культуры могли возникать лишь в стабильных регионах, у которых были свои защитники.
— И кем же были за защитники? — Этот вопрос, надо сказать, волновал меня очень сильно.
