— Мирный диалог с орками совсем-совсем не возможен? — Осторожно уточнил я, стараясь поменьше смотреть на заливавшую поляну кровь и трупы. Сами ужасными были те, кого отшельник распотрошил своей шашкой. Оружие его явно было не простым, во всяком случае кольчуги и кости резало словно масло. Кстати, характерный для радужных кристаллов ароматы праны я от них улавливал…Но очень-очень слабый, буквально где-то на грани восприятия. Если бы специально на нем не концентрировался — вот как пить дать бы пропустил. Следовательно, в данном плане они практически бесполезны. Ну, может сообща одну хорошо развитую тварь заменят, но вскрывать ради столь сомнительной выгоды их тела точно ни один нормальный человек не станет. Ну, если он не на грани смерти от инопланетной дряни, готовящейся сожрать его мозг. — Извините, если глупый вопрос задал, просто я тут недавно. Даже сутки не прошли.
— В принципе твари энти не такие уж и пропащие сами по себе, — неожиданно удивил меня своим ответом Иваныч, начавший ходить между телами на земле и тыкать саблей те из них, которые подавали хоть какие-то признаки жизни. Попытки отмахнуться руками и жалобные рыки-взвизги, по всей видимости являющиеся просьбами о пощаде, его не останавливали. — По крайней мере, людей не жрут почем зря, а лишь убивают, на алтарях ради своих богов пытают, да в рабство обращают. Вот только больно уж гордое да жадное они племя, от простого босяка и до самого главного мурзы. Уважают только силу, слова своего не держат, хотят чтобы все им подчинялись. А потому прежде чем болтать с мохнорожим, надобно его по башке тюкнуть посильнее. Иначе он сам тебя тюкнуть всенепременно попытается.
С хрустом через кусты прорвался Жаж, за панцирь которого держались Юрий и Павел, а после остановился, оглядывая поле брани. Считать какие-то либо эмоции на жутковатой морде разумного жука было сложно, но если бы он был человеком, то определенно оказался бы растерян. Но раз Иваныч на его появление никак не отреагировал, значит по крайней мере махровой ксенофобией в этом мире страдать не полагалось. Вот только странно, что сотрудничество с гигантским насекомым наладили успешно, а до жути человекоподобные гуманоиды числятся в практически непримиримых врагах. Или наоборот, это вполне логично? Возможно, наш образ жизни слишком чужд друг другу, чтобы было из-за чего ругаться, а территорию и ресурсы здесь приходиться делить не с иными видами, а с вечноголодными мутантами?
— Все ценное собрать, трупы оттащить к деревьям и зарыть. Себе можете оставить каждый десятый патрон и любые железяки, которые понравятся. Узнаю, что взяли больше, а я узнаю — шкуру спущу! — Победа в бою не добавила Иванычу хорошего настроения. — Лопат нет, копайте теми ковыряльниками, которые орки оружием считают. Ты, парень с автоматом! Пойдешь со мной! Поможешь сделать новый подъемник взамен того, который эти бибизьяны свинские сломали.
— Хорошо, — не стал спорить я. Тем более, отшельник направился к своей башне, а посмотреть изнутри на столь необычное строение очень хотелось. Интересно, а как он из него выбрался и пробрался в тыл к нападающим? Телепортация или банальный подземный ход, прокопанный из подвала?
Вблизи строение производило еще более странное впечатление, чем издалека. В первую очередь — своей монолитностью и отсутствием каких-либо следов эксплуатации. На гладком светлом металле не имелось ни единого дефекта или пятнышка. Даже скобы, по которым предполагалось взбираться наверх, казались не приваренными к нему, а словно были отлиты на данном месте вместе с остальной башней в одной единой исполинской форме. Или выросли там.
— Чьих будешь? — Едва только я попал в прихожую лесного отшельника, миновав незапертые двери, как меня прижали к стене, а под подбородок уперлось окровавленное лезвие сабли. — Сызраньские? Муромские? Кто-то из московских комитетчиков?! Говори, ну!!!
— Меня зовут Никифором и мой предок был олимпийцем, — шутить с отшельником не хотелось. Зарежет. Лезвие шашки, упирающееся в мой подбородок, еще от крови орков то толком не обсохло. Правда, кажется он принял меня за кого-то другого, кого-то посланного его недоброжелателями…А вообще, с чего вдруг у Иваныча к моей персоне такое внимание? Поводов я вроде бы не давал. Но он нашел. Владеет какими-то сенсорными способностями и оценил высокий резерв праны с полученными за рейтинг способностями и артефактами? Раз так, то и наличие какого-нибудь детектора лжи следует ожидать. — Прапрадед, если быть точным. Он жил в Сибири, но ничего своим потомкам не рассказывал…Пока за ним не пришли какие-то враги из Тартара. И это было всего девять лет назад. А минувшей ночью я очутился здесь, но так ничего толком до сих пор и не понял.
— Чем докажешь? — Подозрительности в глазах отшельника не убавилось ни на грош.
— У меня в характеристиках отметка о подобном есть, которая рейтинга сразу пять пунктов прибавила, — ну не паспорт же ему предъявлять, который на Земле остался? Тем более, там все равно подобных отметок не ставили. — Вот только как показать её не знаю.
