Чудесный лёд Чувилов сменил на интерьер гостеприимного итальянского дома «IL Патио», который перенёс взгляд из индустриальных улиц города в тёплую уютную атмосферу с манящими запахами. Четыре вида итальянского сыра на тонком тесте и стакан грейпфрутового сока утолили разгулявшийся аппетит.
При входе в подъезд пожилая женщина аккуратно поинтересовалась, кого из жильцов мужчина собирался навестить. Почти в каждом доме живёт такой удивительный человек, который сам себя назначил смотрящим и ответственным за подъезд. При этом жильцы ничуть не сопротивляются такой активности и заботе, отдавая дань пережиткам советского прошлого.
– Дорогой мой человек, Денис Петрович, здравствуй, – Сергей Харитонович несказанно обрадовался приезду любимого племянника, который был очень похож на своего отца, его родного брата, безвременно ушедшего в самом расцвете сил, командуя группой немедленного реагирования в Афганистане.
– У меня гость, но и ты к столу поспел в самый раз…
– Спасибо, Серёж, я только что пиццы откушал. Знаю, будешь ворчать, но не мог устоять от соблазна. – Денис называл дядю просто по имени. Это повелось с раннего детства и навсегда закрепилось в отношениях, что делало их ещё более близкими и приятельскими.
– Ну, тогда мой руки… чайку погоняешь. У меня всё по закону, ты знаешь…
Чувилов старший к чаю относился с большим трепетом. Сбор низкосортных отходов в пакетиках он обходил за версту, а отборные сорта чая с добавлением лечебных трав проходили древний обряд варки. И, конечно, на столе не было сахара, ароматные пиалы с несколькими сортами мёда всегда были наилучшим заменителем бесполезных чистых углеводов.
Денис тщательно вымыл руки и прошёл в комнату, где обычно останавливался. Толстые малиновые шторы создавали в комнате таинственный полумрак, в котором глаза с трудом улавливали очертания предметов. Вековой пылью знаний дохнуло от разложенных глиняных табличек, плоских камней, шлифованных костей, книг из кожи, остраконов, папирусных и пергаментных свитков, на которых он разглядел несколько разных вариантов Нового Завета. Невольный свист сорвался с губ. Такому разнообразию древнейших экспонатов позавидовала бы любая государственная библиотека или исторический музей. Аккуратно втиснув свой портфель между двумя деревянными коробками, следователь проскакал по длинному коридору на территорию столовой.
Чисто выбритая голова гостя повернулась, и Дениса обжёг умный пронизывающий взгляд. Человек с очень знакомым лицом буквально просканировал его и доброжелательно протянул руку:
– Александр, будем знакомы, Денис Петрович…
– Я бы предпочёл без отчества… хотя мне нравится… пока не старый, наверное, – как-то по-детски хихикнул следователь.
На кухонном столе вокруг гостя были разложены документы, придавленные сейчас кожаной папкой, а ближе к месту, где сидел дядя Серёжа, лежала книга. Памятник времени и произведение искусства в одном лице, она в закрытом состоянии послужила убежищем нескольких пожелтевших от времени листов бумаги.
– Мы уже закончили со своими диссертациями, и теперь всё внимание подрастающей нам смене, – ломая пармезан специальным ножом, произнёс Сергей Харитонович.
Документы ловким движением рук незаметно перекочевали в портфель гостя, и стол стал наполняться тарелками с мясной и рыбной нарезкой, а венцом украшения стола послужила бутылка сухого чилийского вина Керменер.
Разговор не клеился. Денису показалось, что он отвлёк приятелей от серьёзного занятия. Мужики никак не могли переключиться на дежурные фразы и стандартную светскую беседу. Две попытки оставить застолье встречали жёсткое сопротивление со стороны старших товарищей: «Ну не обижай… Уважь старика… Так редко видимся…» Вино оставляло приятное послевкусие на губах и нежно пульсировало в уставших от катания на коньках ногах. От гостя веяло вековым спокойствием, но в речи и действиях не чувствовалось скованности. Поведение его сочеталось с могучим телосложением и крупными чертами лица. Рука, тянувшаяся за виноградом, сразу закрывала собой всю тарелку, а грозди ягод утопали в больших мужских ладонях. «Что внутри, то и снаружи», – подумал про себя Чувилов-младший.
– Я помню, в детстве ты был шустрым и жизнерадостным мальчонкой, – внезапно отметил Александр, – что сейчас такой кислый сидишь?
– Вы знали меня мальчиком? – Денис почему-то залпом выпил стакан вина, который держал в руке.
– Я дружил с твоим отцом много лет, со школьного двора, и выносил его раненного, отбиваясь от «духов». Теперь иногда выбираю время навестить твоего дядю, и судьба наградила меня встречей с тобой, Денис. Интересуюсь твоими продвижениями по службе и был удивлён, когда ты решил уехать из Москвы…
