— Ясмин, — будто прочитала мои мысли не очень-то уж и долгожданная гостья. — Меня зовут Ясмин, — добавила в явном раздражении.
Ясмин, значит…
И вот не знаю, зачем я это сделала, но меня будто чёрт дёрнул сморозить ещё одну глупость.
Определённо, мы с ней не поладим теперь точно!
— Ясень темноокая к вам пришла, — пояснила ядовито. — Хотя как по мне, так она заведением ошиблась. Клуб на другой улице.
Луна! Что я несу?
Впрочем, перекошенное лицо девицы в красном стало моей наградой. А уж как это всё выглядело в понимании Рафаэля — судить не берусь. Тот, кстати, ничего не сказал. Трубку положил.
— Ты… — протянула мстительно брюнетка, наклонившись ко мне ближе через стол, почти что позеленев от злости.
Ну, просто жабка. И вообще… зелёных волчиц я ещё не видела.
Интересно, а в звериной ипостаси она тоже сменила бы цвет?
— А ты всегда, чуть что, сразу в эту позу встаёшь? Любимая? — поинтересовалась у неё деланно безразлично, при этом даже не пытаясь скрыть определённого рода намёк.
Правда, тут же поспешила заткнуться, заметив в дверях кабинета появившегося мужчину.
Тот, впрочем, как и в большинстве своём, шутки не оценил. Стоял и смотрел на меня с явным удивлением. Даже со словами не сразу нашёлся. Зато нашлась другая. Которая Ясмин.
— Раф, и с каких это пор ты у себя в секретаршах держишь невоспитанных хамок? — поинтересовалась брюнетка, всё ещё не смирившаяся с произошедшим.
В тёмных глазах огонь, конечно, не пылал, но температура гнева внутри дамочки определённо зашкаливала.
Замечательно! Он для неё ещё и Раф…
— Ну, если прямолинейность приравнивается к хамству, то прошу меня простить, — деланно безразлично пожала я плечами и переключилась на работу, сделав вид, что ничего особого не произошло.
Только что-то тёмное и свербящее изнутри не давало покоя. Давило и вынуждало снова и снова мысленно драконить эту дамочку. И вот вроде за последние дни не раз видела Рафаэля в обществе подобных девиц, но сегодняшняя как-то особенно сильно раздражала. Уж не знаю — почему. Хотя не сказать, что слишком отличалась от них. Да и смотрела так же на меня, как и остальные — с открытой ненавистью и непонятной завистью. А ведь я им даже не соперница. Всего лишь референт.
Оливейра между тем менее удивлённым казаться не перестал. Наоборот, озадачился ещё больше прежнего. Так и стоял молча, попеременно переводя взгляд то на меня, то на Ясмин. Пауза определённо затянулась. Воцарившуюся тишину лишь изредка разбавляло постукивание мною по клавиатуре и недовольное фырканье брюнетки.
— Микаэла, синьорита Алмейда будет возглавлять отдел снабжения, — наконец, обрёл дар речи синьор начальник. — Идём, Ясмин, — обратился уже к ней.
Новый начальник отдела снабжения, при упоминании собственного имени в речи Оливейра, просияла как гирлянда на новогодней ёлке, будто он её только что своей личной богиней признал, а не на работу принял. Так и захотелось что-нибудь сказать, чтобы поубавить столь яркий пыл. Промолчала. Да и то потому, что продолжала удивляться самой себе.
И чего я, и правда, так на неё накинулась?
— Синьор Оливейра, — окликнула огненного волка виноватым тоном, — разрешите отойти ненадолго?
Разрешение я получила в качестве скупого молчаливого жеста. Не стала задерживаться на рабочем месте и, ни на кого не глядя, практически сбежала прочь из офиса. К парням из охраны. Да-да, нагло жаловаться!
— Так сильно раздражает? — посочувствовал Мигель.
— Не то чтобы раздражает, — вздохнула тяжело. — Не знаю, — призналась честно. — Но я бы с удовольствием её уволила.
Парни переглянулись между собой и подлили мне чаю. Мигель так и вовсе вдруг приобнял и погладил по голове, как маленькую.
— Что? — удивилась я такому поведению.
— Ничего, — хмыкнул он странно горько. — Просто я только что понял, какая ты у нас ещё малышка. Совсем ребёнок.
Снова тяжко вздохнула. С этим заявлением не поспоришь. Для половины из них я действительно совсем мелкая ещё. Всего семнадцать против их пятидесяти и выше.
С охраной в итоге я пробыла где-то полчаса, за которые успела повысить градус настроения. И который вновь скатился до отметки в минус, стоило вернуться обратно. А всё потому, что в этот же момент из кабинета Рафаэля вышла Ясмин, слегка потрёпанная и со смазанной помадой в тон наряду. И хоть никакого характерного близости запаха я не ощутила, но это и не показатель. То, что сейчас у них ничего не было, не значит, что потом не случится.
Хорошо, что за прошедшую неделю я привыкла к подобному и сейчас умело сделала вид, что меня нисколько не волнует происходящее. Да оно и не волновало, если так подумать. Как будто я раньше не знала какой мой жених кобель. Но изнутри продолжало царапать чувство неприятия ситуации.
Так бы и разбила что-нибудь с удовольствием!
Желательно, о кое-чью конкретную голову…
От опасных мыслей отвлёк приход курьера (с одной из вышек прислали документы на утверждение), который отказался уходить без необходимых подписей.
— Ничего страшного, я подожду, — вежливо обозначил для меня молоденький оборотень, устроившись в одном из кресел для посетителей в приёмной.
Ну, подождёт если…
