— Почему они вообще вцепились в него? — опять вмешалась Минерва. — Пока они тратят время, настоящий убийца гуляет по школе!
— Минни, — Меррифот похлопала ее по руке, — авроры знают, что делают. Преступника обязательно разоблачат, будь уверена. А мы с вами должны помогать следствию, так что ты, Маркус, тоже будь умницей и ничего не бойся.
Флинт сглотнул. Слова Меррифот его ни капельки не успокоили.
— Профессор, — сказал я, поразившись тому, как хрипло и странно звучит со стороны мой голос, — но ведь это очень ненадежная процедура... Я читал, что многое зависит от мастерства легилимента и от того, как трактовать увиденное. Иногда воспоминаниям вообще нельзя доверять, если у человека, например, шизофрения или что-то такое...
Эта дурацкая реплика разрядила обстановку — все расхохотались. Нервное напряжение немного спало.
— К счастью, Маркус не страдает шизофренией, — сказала Меррифот, все еще улыбаясь. — Поверь мне, ни один легилимент не увидит в его воспоминаниях того, чего там нет. Так что все будет в порядке.
Она грузно поднялась, опираясь на поручень кресла.
— Ладно, ребята, пора расходиться. Вы не забыли про комендантский час? Я пойду к себе, а вы ступайте-ка на факультет, нечего болтаться по школе вечером. Том, не вздумай сегодня здесь ночевать, понял? Это может быть опасно. Спокойной ночи, мальчики. Минерва, пойдем, я провожу тебя до гриффиндорской башни — так, на всякий случай.
— Я сам ее провожу, — Том отодвинул кресло. — Не беспокойтесь, профессор, со мной ничего не случится.
Минерва, уходя, ободряюще улыбнулась Флинту. Едва звуки голосов затихли в коридоре, Розье захлопнул дверь подсобки и обернулся к нам.
— Ребята, — сказал Маркус, глядя в пол, — я не смогу спрятать Сьюзи от легилимента. Простите. Это все из-за того, что я немец. Получается, я всех подставил… Но если честно, мне уже все равно. Лучше пойти под суд за василиска, чем за шпионаж.
— А я не хочу! — истерично выкрикнул Эйвери. — Ни за то, ни за другое! Что вы все сидите, сложа руки, надо же что-то делать, хоть что-нибудь!
— Да успокойся ты! Еще никого никуда не сажают! — это уже был Розье.
Тут мы все принялись орать друг на друга. Страсти все больше накалялись. Наконец вернулся Том и остановился на пороге, молча глядя на нас.
— Скажи, что мне делать? — с тоской спросил его Флинт.
— Ничего, — Том пожал плечами. — Пускай легилимент снимет с тебя воспоминания, а дальше уж мои и только мои проблемы. В конце концов, это именно я нашел Сьюзи, вы здесь ни при чем. Если будут допрашивать — заявите, что знали о василиске, что убеждали меня не выпускать его или рассказать учителям, но я не послушался. А вы сами никому ничего не сказали, потому что я вам угрожал. Это будет основная версия. Я потом еще Нотта предупрежу.
— Я ничего такого говорить не буду, — огрызнулся Розье.
— Придется, — возразил Том. — Еще не хватало, чтобы я всех за собой утянул.
Маркус сжал голову руками.
— Может, еще можно что-нибудь придумать?
— Я попробую, — пообещал Том. — Но если не получится — просто успокойся. Пускай будет, что будет. А теперь пошли на факультет, спать пора.
Он собрал учебники с раскладушки, сунул их в сумку вместе с пижамой и зубной щеткой, закрыл окно. Мы подождали в коридоре, пока он запрет дверь, а потом вместе двинулись вниз, в подземелья.
В вестибюле, скупо освещенном газовыми лампами, дежурил молодой, коротко стриженный аврор. Остановив нас, он хмуро спросил, кто мы такие и какого черта бродим по школе после отбоя.
— Вообще-то мы тут учимся, — раздраженно ответил Розье. — Так что имеем полное право ходить по коридорам.
— А про запрет выходить после восьми вечера ты не слышал, умник? Вот я вас сейчас отведу к директору, пускай разбирается!
— Погодите, — сказал кто-то.
Обернувшись, мы увидели Дамблдора. Он неторопливо спускался по лестнице, доброжелательно улыбаясь аврору.
— Добрый вечер, Фоули. Рад тебя видеть. Выпуск 1935 года, если не ошибаюсь?
— Здравствуйте, профессор, — аврор расплылся в улыбке. — Вот уж не думал, что вы меня помните.
— Как же не помнить? — Дамблдор весело блеснул стеклами очков. — Разве не ты у меня на уроке превратил все книги в шкафу в летучих мышей? Изящное было колдовство, хотя, боюсь, девочки с твоего курса его не оценили.
— Вообще-то это мы вдвоем с Каспаром Краучем, — скромно уточнил аврор. — Простите, профессор, но у нас тут маленькая проблема... Вот эти голубчики разгуливали по школе после комендантского часа. Что прикажете с ними делать?
— Добрый вечер, мальчики, — Дамблдор словно только что нас увидел. — И кто же здесь? Розье, Лестрейндж, Эйвери... Ага, еще Риддл и Флинт.
Услышав фамилию Маркуса, Фоули обернулся и бросил на него неприязненный взгляд. Колин отодвинул Маркуса плечом и хмуро уставился на аврора.
— Ну что ж, это все прекрасные студенты, — Дамблдор по-прежнему беззаботно улыбался. — Не думаю, Фоули, что их можно в чем-то подозревать. Разве что в желании тайком покурить — увы, чем дальше, тем больше в Хогвартсе распространяется эта вредная привычка.
Он посмотрел на меня.
