Для демонов мы, люди, — никто. Что-то вроде домашних питомцев. Чтобы избежать этой участи, мне пришлось усвоить несколько правил: не показываться демонам на глаза, прятать запястья и никогда не покидать стен библиотеки. Но однажды мне пришлось нарушить все эти правила.
Библиотека — это не просто хранилище книг. Это запах бумаги, тихий шелест страниц, едва слышный скрип мягкой кожи под пальцами. Это длинные косые лучи, проникающие сквозь небольшие окна под самым потолком. Это приглушенный шорох шагов по каменному полу, местами выщербленному от времени. А еще это дом. Единственный, который я когда-либо знала.
Деревянная тележка, доверху набитая старыми фолиантами, катилась легко. Руки привычно выхватывали из стопок нужные книги и расставляли их по местам. Экономика земель, география и природные ресурсы, история правления демонов… Дойдя до последней книги, я остановилась.
Как давно демоны пришли к власти? Точная дата не указана ни в одном из исследований, что мне довелось прочитать. Видимо, демоны и так знают ответ на этот вопрос, а люди… им попросту некогда задумываться о подобном: у рабов нет свободного времени. Бесправные, а зачастую и безвольные игрушки демонов. Вещи.
Интересно, помнят ли люди, что когда-то, очень давно, мы были свободными? Что при рождении нам давали имена, а не номера? Что вместо четкого жизненного плана, назначенного демонами, мы могли следовать зову сердца и собственных желаний? Сомневаюсь. Людская память слишком коротка, а установленный порядок длится слишком долго.
Из размышлений меня вырвал тихий, но настойчивый оклик моей бабушки. Она всегда говорила вполголоса, стараясь не нарушать особой атмосферы библиотеки, где все пропахло пылью вековых знаний.
— Сатрея, иди сюда, быстро!
Обернувшись, я увидела ее: невысокую, опрятную, с пучком седых волос, в длинном темно-сером платье из плотной ткани, закрывающем все от шеи до пят. Самую родную и любимую. Вторую половинку нашей маленькой семьи.
— Что случилось? — Оставив тележку, я пересекла помещение и оказалась рядом с бабушкой.
Только вблизи заметила, что ее руки дрожат, а на висках выбилось несколько волосков, торчащих в разные стороны. Раньше Ба никогда не позволяла себе неаккуратности.
— Ты должна немедленно спрятаться! — прошептала она. — Беги в нижний архив, спрячься за дальними стеллажами. Там есть ниша. Ты знаешь.
— Ба, в чем дело? — Я и сама заволновалась.
— Полная проверка. Придут высшие.
Я ахнула.
Все демоны отличаются силой, быстротой и ловкостью, но высшие превосходят их многократно. Они умнее, сообразительнее, владеют гораздо более сложной магией, нежели темные и низшие демоны. Однако не это напугало меня больше всего.
Если высшие заглянут в реестр — а они заглянут, можно не сомневаться, — то непременно заметят странный номер, занесенный туда семь с половиной лет назад. Именно тогда Ба упросила старшего демона, заведующего библиотекой, взять ей помощницу. По его же настоянию она внесла номер выбранной «рабыни» в реестр. Номер, которого у меня от рождения нет.
Я порывисто обняла Ба, поцеловала крепко в щеку и прошептала:
— Люблю тебя и ни о чем не жалею! Спасибо за каждый день свободы, что ты мне подарила.
Да, именно так. Двадцать три года назад Ба нарушила законы демонов и каким-то образом забрала меня из центра новорожденных еще до маркировки. Она спрятала меня от всех, подарив шанс на жизнь вне рабства. Дала имя и обучила всему, что знает сама. И теперь нам обеим предстоит заплатить за это преступление.
— И я тебя люблю, мое сокровище. Ты лучшее, что есть в моей жизни. — Она поцеловала меня в ответ и отстранилась, стараясь взять себя в руки.
— Поправь прическу. — Я выдавила улыбку, в последний раз взглянула на Ба и, развернувшись, выбежала из комнаты.
Я знала, что, скорее всего, мы больше друг друга не увидим.
Я бежала по коридорам, знакомым с пеленок, стараясь не издавать ни звука. Мягкая подошва туфель позволяла передвигаться почти бесшумно. Придерживая юбку, я спустилась в нижний архив, куда за последние пару десятилетий практически никто не заглядывал. За дальними стеллажами находилась та самая ниша, о которой говорила Ба. Приглушенный свет в архиве рождал длинные глубокие тени, скрывая пространство ниши от посторонних глаз. Я забилась в угол и постаралась унять бешеное сердцебиение, опасаясь, что оно меня выдаст.
Время текло очень медленно, а порой будто вовсе замирало. Самым ужасным стало неведение. Что же случилось с Ба? Как долго мне тут прятаться?
Сколько прошло времени, я не знала, но приглушенные шаги услышала издалека. Вскоре различила обрывки фраз, а еще через несколько мгновений дверь в архив распахнулась.
— И ты ей веришь? — прозвучал высокомерный голос.
— Да, махр, — почтительно ответили ему.
Обращение «махр» использовалось только по отношению к высшим демонам и означало максимальную степень уважения, граничащего с почитанием.
— Она проработала у нас большую часть своего жизненного срока, — продолжал второй. — За все время ни единой жалобы или нарушения. Напротив, старший заведующий высоко отзывался об этой рабыне. Полагаю, девчонка сама назвала чужой номер, а узнав о вашем визите, скрылась.
Судя по шагам, они приближались к моему укрытию. Сердце сжалось от страха.
И зачем смертной девчонке скрывать свой номер? — хмыкнул высший.
