Вообще, обе девушки вызывали смутное ощущение опасности, как будто представляли собой нечто большее, чем просто две молодые женщины. Такое же чувство у меня бывало, когда я проводила тренинги в реабилитационном центре, где лечили наркоманов. Но там большинство пациентов имели судимость как минимум за воровство и хулиганство.
Не буду оформлять Веронике консультацию и брать с нее деньги. Захочет поговорить – пусть приходит одна. Или оставляет свою бесцеремонную подружку на улице.
– Вероника, если хотите, я могу вас записать на следующую неделю. Или на завтра, в первой половине дня есть окно… – я открыла ежедневник.
– Спасибо, Александра Владимировна, вы мне и так очень помогли. Теперь я знаю, что сказать Аррану. Моему мужу.
– Нет, оплаты не нужно. Мы ведь с вами и десяти минут не проговорили!
Я запротестовала, когда Вероника выложила на стол несколько купюр. Гораздо больше, чем стоила консультация. Намного больше. Хм. Да я столько за неделю зарабатываю! А иногда и за месяц.
– Нужно, – в голосе клиентки послышался нажим. Она посмотрела на меня бездонными серыми глазами, глубина которых завораживала и затягивала, словно омут. – Ведь вы не будете помнить нашу встречу. Особенно то, что вызвало удивление. Не будет помнить Рину и то, как она выглядит. Забудете все, кроме того, что с вашей бывшей клиенткой Вероникой Дементьевой все хорошо, она нашлась и волноваться за нее не надо.
– Хм… – тут я уже не стала скрывать своего скептического отношения к ее словам. Спросила, не сумев даже спрятать насмешку: – Это какой доморощенный сектант учил вас гипнозу? Он не сказал, случайно, что директивные внушения действуют только на… – тут я задумалась, припоминая статистику, – примерно десять процентов людей? К тому же, вы используете в словах отрицательные формулировки…
Видя ее недоумение и даже растерянность, я объяснила:
– Вы сейчас приказали мне забыть. Попытались приказать, – поправилась я. – Так это не работает. Если хотите, могу дать координаты учебного центра, где вас научат эриксоновскому или даже классическому гипнозу. Но вот так, без подстройки, сразу переходить к внушениям, а тем более к структурированию амнезии, – я покачала головой. – Тем более со мной, с человеком, который работает с применением этих самых техник… по меньшей мере, неумно.
– На нее почти не действует твоя сила. Она же ведьма, – сообщила Рина, про которую снова умудрилась позабыть. – К тому же, вот эта штука мешает, – она зацепила невероятно длинным изогнутым когтем наносник на очках и сдернула их с меня. – Тут какое-то покрытие, – она опять же когтем поскребла линзу, – не могу разобраться. Интересная вещица… В вашем мире столько придумок!
Она ловко сцапала мою руку, и быстро надела указательный палец кольцо, что ранее пыталась предложить в обмен на очки. Я машинально отметила, что длиннющие когти на руке девушки куда-то делись…
– Рина, верно? – я строго посмотрела на девушку и начала стягивать кольцо с пальца. Встала из-за стола и подошла к ней: – Немедленно верните очки. Я не собираюсь продавать их вам. И в следующий раз будьте добры ждать за дверью.
Я ее почему-то опасалась. Такой иррациональный интуитивный страх, который бывает, когда ты стараешься держаться подальше от большой пушистой, но такой зубастой собаки, пусть даже она выглядит хоть трижды доброй.
Рина доброй не была. Об этом интуиция просто вопила, когда я подошла слишком близко, вторгаясь в ее личное пространство с твердым намерением забрать очки. Хм. Но, с другой стороны… Что мне может сделать эта худющая красотка в нелепом платье? Нечего было брать мою личную, можно сказать, интимную вещь! Я эти очки три недели ждала!
Кольцо не снималось. Вероника подошла ко мне и сказала, заглянув в глаза:
– Но вы действительно все забудете.
– Рона, давай я, – Рина вопросительно посмотрела на Веронику. Та отрицательно покачала головой. – Мы у тебя никогда не были, – сообщила мне Рина.
Тут я не выдержала и рассмеялась.
– Девушки, цыганский гипноз тоже не так работает, – сообщила я и была вознаграждена видом двух пар удивленных глаз.
– Ну все, хватит.
Рина просто внезапно выбросила вперед руку и ее пальцы мягко, но неотвратимо сомкнулись на моей шее. Больно не было, но стало реально страшно. Я замерла, уставившись в ее нереальные желтые глаза…
– Ты забудешь то, что видела нас. С Вероникой все в порядке. Очки купишь новые. Кольцо ты нашла. Где – не помнишь, но будешь носить, потому что оно милое. Веронику искать не будешь. Все.
Она отпустила меня, оставив в каком-то тупом сонном оцепенении.
– Ты не переборщила? – поинтересовалась Вероника. – Она в порядке? Я не хочу ей вредить, очень хорошая тетка, на самом деле. В свое время здорово мне помогла. Да и сейчас…
Она помахала перед моим лицом ладонью. Хоть глаза у меня были не просто открыты, а прямо-таки вытаращены, я чувствовала себя так, словно сплю.
И я просто позволила Веронике взять мое безвольное тело за плечи и усадить в кресло.
