Оглядываюсь по сторонам: люди в аморфном состоянии, никому до меня дела нет. Все приличные на вид. Повезло! Хотя бы до метро без приключений доберусь. И тут мысль дельная в голову прилетает, улыбка сползает с губ: куда автобус движется? А если в область?
Подскакиваю с места, покачиваясь и перехватывая руки, добираюсь до кабины водителя. Вежливо извиняюсь, интересуюсь у мужчины средних лет, с бородкой и странным жидким хвостиком на затылке, какое метро и когда проезжать будем. Мельком бросает на меня взгляд через зеркало заднего вида, оценивающе пробегает глазами по моему грязному платью, фыркает, словно я замарашка последняя. — На себя посмотрел бы, Хоттабыч плешивый, — бессловесно отвешиваю комплимент эстету, сжимаю губы в бесцветную линию. — Бурчит, что через две остановки станция «Молодежная».
Расцветаю, как мак на задворках дачи. От счастья готова его чмокнуть в лысое темечко, потому что мне по прямой и без пересадок до щелчка. Но сдерживаю свой неадекватный порыв, душевно благодарю страшненького дядечку за помощь. Опускаюсь пятой точкой на ближайшее кресло — все равно скоро выходить.
В сумке телефон ноет, вибрирует. Открываю кармашек, достаю аппарат, внимательно смотрю на незнакомый номер. Размышляю. Вот кто может так бесцеремонно беспокоить людей в половине первого ночи? Только неадекват и…Грановский. Видимо, обнаружил, что игрушка улизнула, на поиски ринулся.
Раньше босс со мной через секретаря общался, наверное, номер у нее узнал. И что ему от меня надо? Его шлюха не удовлетворила? Знаю, зло звучит, но сейчас на этого мужчину только такая реакция срабатывает. Беззаботно выключаю аппарат и кидаю обратно в саквояжик. — Нет ни малейшего желания с ним беседовать, тем более с пьяным. Он при мне полбутылки водки прикончил и, думаю, вряд ли на этом остановился. — Тихо зевнув, отворачиваюсь к окну. Смотрю на темные пустые улицы, на редких пешеходов, перебегающих дорогу, дорожных рабочих в оранжевых жилетах, устало трудящихся в ночное время.
До метро доезжаю за десять минут. У меня единый, поэтому быстро прохожу через турникет, сбегаю по лесенке и запрыгиваю в последний вагон отправляющегося поезда. Пусто внутри. Только бомж мирно сопит на другом конце лавки. Но меня подобное соседство не смущает, уже привыкла к зловонным экземплярам, которых в Москве больше, чем бродячих собак.
Конечно, в идеале можно было бы музыку послушать на телефоне, но он выключен, чтобы начальник не доставал. Поэтому вытаскиваю из светлой сумочки маленький красный ежедневник, проверяю, что запланировала на выходные.
От метро до дома бегу, опасливо оглядываясь и прислушиваясь, по освещенным местам. Адреналин уже утих, ему на смену пришла тревога за сохранность физической и моральной оболочки.
Благо, по дороге не встречаю ни одной живой души, мирно добираюсь до квартиры. Быстро принимаю обжигающий душ, чтобы отскрести прилипшую насмерть грязь. Натягиваю любимую ночнушку в мелкие цветы и падаю на диван, засыпая еще на подлете к подушке.
Прощай, пятница, тринадцатое! Ну и приключений ты подкинула сегодня на мой неплоский зад! Увидимся через пару месяцев. Надеюсь, свою «благосклонность» в следующий раз подаришь кому-нибудь другому!
Суббота пролетает в гордом одиночестве. Марго еще из шоп-тура не вернулась. Турецкие рынки покоряет, порхает, как яркая бабочка, с одной торговой точки на другую. Лолка на выходные уехала к родителям в Воронеж. Ее старший брат в этом месяце женится, вся семья готовится к пышному, долгожданному торжеству. А Анфиска с самого утра в салон красоты унеслась. Впервые за время, что мы всей шумной компанией в Москву на заработки подались, у нее наметилось романтическое свидание.
Девочка она у нас хоть и симпатичная, но с пышными формами, а такие фигуры не модны в современной России. Поэтому подруга уж очень переживает по поводу своей внешности. Пробует разные экзотические диеты. Но все безрезультатно, потому что после голодной рабочей недели она срывается в неконтролируемое обжорство.
Признаться честно, я не сильно расстроилась, оставшись одна. Сами посудите: ванная свободна, телевизор в постоянном доступе и никто не претендует на пульт, на кухне можно за столом поесть, что великая роскошь на шестиметровых просторах, когда у тебя три прожорливые соседки.
С утра почти два часа плескалась в ванной. Приводила тело в порядок, избавлялась от лишней волосатости. Самостоятельно делала маникюр и педикюр. А почему нет? Чем я хуже необразованных девчонок, закончивших за пару месяцев подпольные курсы и теперь со знающим видом трудящихся в дорогих салонах? Ничего сложного в этом деле нет.
Тщательно прибрала квартиру, потому что остальным, похоже, не до этого, а грязь я не люблю. Потом засунула испачканные вещи в стиральную машину и нагладила себе пять комплектов одежды на следующую неделю. И даже поставила тушить мясо с картошкой в большой пятилитровой кастрюле, потому что другой в съемной квартире попросту нет.
