Ну, в целом, так и было. Публика эта таращилась на меня с презрением и насмешкой. Причем женщины, как я поняла приглядевшись, были тоже немного не в адеквате. Лишь доктор оставался спокойным и, кажется, чуть-чуть расстроенным.
— Как путешествие, мелкая? — приблизился Клио и, пошатнувшись, едва не сбил меня с ног. — Понравилось?
Я молчала, хотя почему-то очень сильно хотелось наорать на этого дебила греческого.
— Кажется, ты перебрал, брат, — усмехнулся британец, встав рядом со мной.
Кавьяр отошел назад на пару шагов и попытался затянуться уже бесполезной сигаретой. Но осознав, что ничего не выйдет, швырнул ее на пол и зачем-то эмоционально растоптал.
— Рад тебя видеть, Тео, — вполне искренне было произнесено.
— Знаю, — кивнул британец.
Ага, значит, они не враги. Чудесно, теперь оба Кавьяра возьмутся меня уничтожать.
Что-то сомневаюсь, что британец уедет.
Клио перевел на меня затуманенный алкоголем взгляд и широко улыбнулся. Однако я поняла, что он зол по тому, как стискивал зубы и немного выпячивал подбородок. Еще одна привычка Клио и признак упрямства.
— А у меня приготовлен для тебя сюрприз, Летти, — прохрипел он, злобно усмехаясь. — Хочешь взглянуть?
— А…
— Конечно, хочешь, — заткнул мне рот Кавьяр и громко выкрикнул: — Хави!
Охранник тут же влетел в дом.
Я настолько была ошеломлена состоянием Клио, что только сейчас обратила внимание на его внешний вид. Весь какой-то поношенный, с едва заметной щетиной на подбородке и над верхней губой, в порванной на плече майке и приспущенных джинсах. Немного вьющиеся волосы растрепаны так, будто грек по меньшей мере танцевал брейк-данс. В общем, этот Клио Кавьяр был другим, абсолютно незнакомым и, как мне показалось, ему было крайне необходимо выпустить пар.
— Мне бы отрезветь, — махнул рукой грек, обращаясь к Хавьеру, и тот быстро удалился.
— Что ты задумал? — прищурился британец.
— У Клио прекрасный подарок для этой… — Мерилин прилипла к спине грека, обняв сзади, и скользнула руками к его паху. — Для этой сучки…
Кавьяр усмехнулся, уставившись на меня тяжелым взглядом.
— Боишься, мелкая?
Обрела дар речи и, сглотнув, ответила:
— А нужно?
Хмыкнул и, неделикатно оттолкнув блондинку, вновь подошел ко мне.
— Все еще умную из себя строишь? Напрасно, — так злобно проговорил. — Не надо было вестись на речи Уильямса. Теперь это будет на твоей совести.
— Что? — не поняла. — На моей совести? Ты о чем?
Грек отвернулся, потому что пришел охранник с ведром воды. Присвистывая, Кавьяр выскочил в центр холла, при этом пару раз грохнувшись, и заорал:
— Давай! Я готов! Давай, Хави!
Вообще ни черта не соображала. Что грек вытворяет?
На всякий случай отошла подальше, как, впрочем, и Тео. Младший Кавьяр не выглядел удивленным или напуганным. А может, отлично маскировал свои истинные чувства?
Охранник вылил на голову Клио воду и ушел себе спокойно. Грек зарычал, встряхнулся и, проведя рукой по мокрым волосам, как будто немного пришел в себя. Что он там говорил? Быстро трезвеет? На этот раз, видимо, чересчур много выпил, потому что все еще выглядел возбужденным от алкоголя.
Вновь вернулся Хавьер и привел за собой…
— Мэттью? — почти вскрикнула я и подалась вперед, но сильная рука за шиворот удержала на месте.
Похоже, все уже догадывались о намерениях грека. Одна я «притормаживала» с выводами.
— Итак, Мэтт, — проговорил Клио, встав в позу «руки в боки». — Как это тебе удалось обхитрить мою крайне сообразительную наложницу?
Уильямс был не в лучшем состоянии. От его смокинга, в котором он был на вечеринке, остались лишь брюки и рубашка, уже изрядно пострадавшая. Уильямс не был связан или избит. Просто выглядел усталым, не более того. Но взгляд его, адресованный мне, был наполнен презрением. Создавалось впечатление, что блондин был уверен в ином повороте событий. То есть в моей смерти.
Как бы не так, засранец! У меня иммунитет выработался на такое говно, как ты.
— Особого труда это не составило, — ухмыльнулся Мэттью, ответив на вопрос грека. — Твоя наложница верит в то, чего на самом деле быть не может. Говори ей все, что угодно, все равно поведется.
— Это означает, что такие ублюдки, как вы, все же не способны убить во мне веру в людей! — прокричала я, выскочив вперед.
Блядь, такая дура. Порой сама себе поражаюсь.
— Заткнись! — рявкнул Клио так неожиданно и громко, что я прямо в пол вросла.
Обжег гневным взглядом исподлобья, вытянув в мою сторону руку и указывая на меня пальцем. Картина маслом — разгневанный Греческий Бог, не меньше.
Ох, не то сравнение. Неправильное. Какой из Клио Бог? Он сам дьявол. Честное слово, не может человек смотреть так, что сердце в пятки уходит.
— Назад, Летти, — отчеканил Кавьяр, понизив голос, и я заметила, как Марио, стоявший позади Уильямса, покачал головой.
Похоже, грядут настоящие разборки.
Похолодело внутри, когда грек достал из-за пояса брюк пистолет и, прижав ко лбу Мэттью, прошипел:
— Ты сейчас же позвонишь в «Черный Крест» и объявишь о своем уходе.
Уильямс уставился Кавьяру прямо в глаза.
— Они убьют меня, — прохрипел он, утратив всю свою уверенность.
Грек скривился.
