Войдя в знакомый кабинет, Каретников пожал протянутую Левитом руку, и проследовал на указанное им место. Тот прошёл к своему столу и сел. Он некоторое время молча разглядывал подчинённого, наблюдая как тот достаёт из своего старомодного кожаного, с двумя замками и ремнём посередине, портфеля толстую папку с завязками и когда он стал завязки развязывать, сказал:
"Это и есть отчёт? Оставьте мне его. Я посмотрю и передам в машинописное бюро. Вы лучше расскажите мне: как ваше здоровье, как поживает ваша супруга Мария...- он замолчал, ожидая подсказки.
"Степановна", - не заставил себя ждать Каретников.
"Да, да Мария Степановна", - закончил фразу Левит.
"Здоровье моё хорошее и Мария Степановна в порядке. Вы лучше Михаил Иосифович, расскажите:215что нового по нашему делу?" - попытался направить разговор в нужное для него русло Каретников.
"Да ничего нового. Все ждут вашего отчёта. В органах умеют, когда это нужно, терпеливо ждать. Вот посмотрю, что вы там написали, дальше приведём его в достойный вид и передам ректору; и тогда уже мы с вами будем ждать. А вы спокойно, если сможете, конечно, спокойно работайте", - сказал Левит и поднялся со своего места тем самым показывая, что аудиенция окончена.
Выйдя из кабинета начальника, Каретников изобразил дежурную улыбку для секретарши и направился к себе в лабораторию по дороге пытаясь разрешить очередную задачу чиновника.
"Что он имел в виду, когда сказал "работайте, если сможете"?"
Девушка-лаборантка сообщила, что только что ему звонил мужчина и что он перезвонит. Каретников в ответ кивнул и прошёл к своему столу. Через некоторое время зазвонил телефон.
"Здравствуйте, Олег Павлович. Это вас беспокоит Иван Бут. Не забыли ещё такого?" - раздался в трубке мужской голос.
"Не забыл, не забыл Иван. Очень рад. Слушаю тебя".
216 "Я бы хотел с вами переговорить по очень важному делу. Я нахожусь у ворот вашего Института в машине. В том грузовике, на котором перевозил вам новую мебель на новую квартиру. Помните? - и не дожидаясь ответа добавил: - Нам будет удобней переговорить в машине. Если у вас есть время, то я вас жду".
Каретников на несколько секунд задумался. События с этими "органами" так выбили его из научной рабочей колеи, что войти в трудовой ритм никак не удавалось, а потому именно сегодня у него было масса свободного времени.
"Хорошо, я сейчас к тебе выйду", - согласился Каретников.
За воротами Института Олег Павлович сразу узнал, стоящий невдалеке иванов фургон. Подойдя к машине и открыв дверь кабины, он увидел улыбающееся лицо знакомого и глубоко симпатичного ему шофёра и сел рядом с ним. Обменявшись дежурными фазами о здоровье, погоде и прочем, мужчины приступили к главному. Иван, сделав паузу, заговорил тихо, но уверенно:
"Олег Павлович, из наших предыдущих разговоров я сделал вывод, что вы человек прогрессивных взглядов и видите, также как и я, очень много нехорошего в нашей действительности. В стране, где мы с вами живём, разговаривать о 217политике с каждым встречным-поперечным опасно. Но и не разговаривать о ней также опасно. Поэтому, хочешь-нехочешь, а приходится рисковать. Я, в определённой степени, рискую, выбрав вас человеком с которым предполагаю говорить обо всём. Если вы считаете, что я ошибся, если вы просто далеки от политики и на эти темы не желаете говорить - так и скажите".
"Я знаю твоего деда, Иван. Мы с ним обсуждали такие темы, что очень даже рисковали махнуть до Нерчинска в казённом вагоне; но, - обошлось. Думаю, что и с внуком обойдётся. Я готов говорить с тобой на любые темы и ты, в свою очередь, будь уверен в том, что, разговаривая со мной, ты ничем не рискуешь".
Иван протянул руку, и мужчины обменялись рукопожатиями.
"Скажите пожалуйста, Олег Павлович, а правда ли, что в СССР тех людей, которые открыто не согласны с принципами политического устройства страны, объявляют сумасшедшими и насильно помещают в специальные психбольницы?" - спросил Иван и был удивлён теми изменениями, которые тут же произошли в лице Каретникова. Его лицо прямо на глазах похудело, осунулось.
Чувствуя, что с его лицом творится что-то не то и Иван этому явно удивлён, Олег Павлович опустил 218голову вниз и обеими руками закрыв лицо, замер. Иван испугался такой реакции собеседника.
"Что с вами, Олег Павлович? Вам плохо?" - полушепотом спросил он.
"Нет. Нет, сейчас всё будет впорядке, - поспешил успокоить собеседника Каретников. - Просто ты даже не представляешь себе: как актуальна для меня эта тема в настоящее время. Да, Иван, среди честных врачей-психиатров это явление именуется как карательная психиатрия или даже "карательная медицина". Но это среди честных врачей так говорят, но есть и другие. И не дай бог тебе попасть к ним в лапы. Как там Евстратий Никифорович поживает?" - неожиданно сменил тему Каретников; и этим показывая Ивану собственное нежелание обсуждать сейчас поднятый им вопрос.
"Нормально поживает. Приболел тут как-то, но быстро оправился и теперь чувствует себя хорошо. Ежедневно совершает пешеходные прогулки. Да вы заходите к нам. Он рад будет".
