Медленно, но уверенно, он вошел, и это ощущение наполненности, разливающихся от низа живота и по всему телу волн тепла, вырвало хриплый стон, заставило до крови закусить губу.
Мужчина снова поцеловал, слизывая капельки крови, и теперь его глаза горели пугающим огнем, словно моя кровь разбудила в нем что-то опасное, сильное и неудержимое.
Зверя.
Всего на мгновение Дрейк покинул мое тело, чтобы снова войти, снова заставить выгнуться. В поисках опоры я вцепилась в его спину ногтями. Уже не заботясь о том, чтобы не сделать больно. Он двигался медленно и я нетерпеливо подалась бедрами ему навстречу, чтобы ощутить его глубже, сильнее, чтобы получить то, чего так жаждало тело.
Сознание потерялось, запуталось, словно из тумана до меня доносились стоны и я с удивлением вдруг поняла, что они принадлежат мне. Потолок спальни был подернут маревом цвета бургунди, а едва заметный вишневый аромат исходил от мужчины.
В один момент Дрейк вошел слишком сильно, и этот миг ошеломил меня накатившим наслаждением. Мышцы сжимались вокруг мужчины во мне, заставляя его хрипло стонать, а сама я находилась на границе, не видя ничего, кроме разноцветных пятен.
Сладко. Почти больно. До бешеных ударов сердца. До прерывистого дыхания, когда воздуха не хватает. До стонов, переходящих в крик.
Я не знала, что это может быть так. Что вообще может существовать такое удовольствие. Что можно забыть о том, кто ты. Кто это человек — в тебе, в твоей постели. Чего ты хочешь и от чего бежишь.
Забыть обо всем, что так пугало, отдаться порочным, неправильным, но таким ошеломительно возбуждающим желаниям.
— У нас впереди целая ночь… — жаркий шепот у самого уха я слушала, устало проваливаясь в забытье.
Сколько проспала, не знаю, но вернуться в реальность не получалось. Я слышала мужской голос, чувствовала, что лежу уже не на покрывале, а на чистых, пахнущих свежестью, простынях. По-прежнему обнаженная, уставшая и ошеломленная волной эмоций.
— Не сейчас, Райан, — услышала я голос Дрейка.
— Я просто…
Моей ноги коснулась чья-то рука.
— Попробую… немного. Ты не можешь меня лишить этого сейчас, когда она выпила зелье…
— Уговаривай ее сам.
— Да без проблем.
Мужчина опустился рядом со мной на постель и некоторое время молчал. Я слышала учащенное дыхание, чувствовала на себе внимательный изучающий взгляд. Но было почти все равно. Вырываться из сладкого полусна совсем не хотелось, и плевать, кто и что со мной делает в этот момент.
— Лилиана… — мягко мурлыкнул Райан. — Просыпайся. Я хочу тебя порадовать.
Он придвинулся так близко, что дыхание обжигало щеку.
— Скажи мне да, — уговаривал, скользя пальцами по моему телу.
Разжигал новый виток желания, проводя кончиками пальцев по ставшему очень чувствительным затвердевшему соску. Все прикосновения ощущались словно в тумане. В уютном, теплом, приятном тумане, где существовало только удовольствие, где не было ни единой мысли о страхе.
— Скажи мне "да", девочка, я не стану тебя мучить. Только попробую. Ты так сладко пахнешь, такая красивая. Ну же, милая, кивни…
Сопротивляться? Отказать? Я не смогла бы сказать "нет", даже если бы хотела, ибо тело ныло, требовало разрядки. Короткое, обреченное, сорвавшееся с моих губ "да" стало последним порогом, что оставалось преодолеть.
Райан торжествующе негромко рассмеялся. Теперь путь его рук повторяли губы, он покрывал меня короткими обжигающими поцелуями. А Дрейк…
Я приоткрыла глаза, чтобы убедиться в том, что и так подозревала — глава стаи смотрел, как меня ласкает его брат и в глазах его горел жуткий, полный порока, огонь.
Райан спускался ниже, языком выводил обжигающие узоры на внутренних сторонах бедер, а потом языком коснулся влажных складок, проник и я выгнулась, потерявшись в вихре новых ощущения. Очень неправильных, но пронзающих, словно разряды молнии.
Почти грубая страсть не оставляла шансов устоять. Настойчиво и жадно Райан подводил меня к черте, за которой снова начиналось ни с чем не сравнимое удовольствие. Прояснившееся было сознание медленно, но неумолимо ускользало от меня, оставляя в темноте, наедине с болезненными спазмами подступающей развязки.
Я слышала свой стон, чувствовала, как язык Райана проникает, раз за разом заставляя каждую мышцу напрягаться. Я была близко, но пытка длилась и длилась. Сквозь марево я услышала мягкие шаги и краем глаза заметила, как к нам подходит Дрейк. С моих губ сорвался не то протестный, не то умоляющий стон. Мужчина поднял руку и опустил на мою грудь, сжав сосок.
Контраст боли и наслаждения снес все преграды, заставил закричать. А потом толкнул в темноту, но на этот раз с такой силой, что я бы не проснулась даже если сильно захотела. Последний всполох вишневого пламени показался сном.
Но был ли сном на самом деле — я не знала.
С приближением в Кандегорию зимы на севере дни все больше сливались с ночами. Было странно проснуться, когда за окном кромешная тьма, да еще и не в своей постели. Я долго лежала, прислушиваясь к звукам и шорохам, но в итоге сделала вывод, что нахожусь в спальне одна.
